Да со мной в жизни такого не было, чтобы я ведро опрокинул! А она, эта мисс Карлотта, и заявляет, мол, это твоих рук дело, мол, сам и виноват! А потом еще и лестница упала, а я как раз на ней стоял… Клянусь, так все и было!
У брата Дэви, Томпсона, на этот счет было свое мнение:
— Говорю вам, во всем виноват тот парень с темными волосами — тот, что все время за нами следил. Я еще спросил мисс Карлотту, не он ли проказничает, потому что этот парень все время стоял под деревом неподалеку. А она посмотрела на меня так, словно не поняла, о чем это я говорю, как будто сама его и не видела.
Да он с нас глаз не спускал! Когда мы пытались покрасить стену, выходящую на Честнат-стрит, он смотрел на нас сквозь щель в ставнях на окнах библиотеки. Да разрази меня гром, если вру! Интересно, кто он такой? Какой-нибудь их родственник? Нет уж, в том доме я больше работать не буду. Нужда нуждой, а туда я не ходок!
Еще один маляр, которого наняли, чтобы покрасить железную ограду, рассказывал почти то же самое. Он успел поработать только полдня, и все это время в ведро с краской без конца падали листья с деревьев, а на него самого сыпались с крыши куски железа и еще какой-то мусор.
К началу 1935 года все обитатели Ирландского канала твердо усвоили, что ни на какие работы «в тот проклятый старый дом» наниматься не стоит. Двое парней подрядились вычистить там пруд, так одного из них кто-то невидимый столкнул в застоявшуюся воду, и бедняга едва не утонул. Напарник долго безуспешно старался его вытащить.
— Я словно ослеп и ничего вокруг себя не видел, — рассказывал он потом.
— Держу его, ору, зову на помощь, и все без толку, Чувствую, нас просто засасывает в эту грязь. Слава Богу, ему удалось каким-то чудом ухватиться за боковую стенку и потом уже вытащить меня. И только тогда выскочила эта старая негритянка, тетушка Истер, притащила нам полотенце и велела поскорее убираться оттуда. Бегите, говорит, подальше от этого пруда, забудьте, говорит, об очистке и бегите скорее…
Слухи о происходящем в доме дошли даже до Ирвина Дандрича.
— Все говорят, что в доме завелось привидение, — сообщал он, — что там бродит дух Стеллы и никому не позволяет что-либо трогать. Такое впечатление, что все вокруг скорбит о Стелле.
На вопрос, слышал ли Дандрич что-либо о таинственном мужчине с каштановыми волосами, он ответил:
— Слухи о нем ходят самые разные. Некоторые считают, что это призрак Джулиена, который оберегает Анту. Что ж, если даже и так, то от него больше вреда, чем пользы.
