– Так что ночевать будете у меня, – решительно сказал Андрей Михайлович, – квартира у меня большая, я один, вы меня не стесните. А утром подумаем, как быть.
Оксана так устала за сегодняшний длинный день, что решила не спорить.
– Только я мужу позвоню, чтобы не волновался... Максим? – заговорила она преувеличенно веселым голосом. – Ты извини, я задержалась. Тут у нас девичник образовался, день рождения отмечали... Так я заночую у Алки!
– У какой Алки? – по инерции спросил муж. – Санка, ты пьяная, что ли?
– Кто – я? – завопила Оксана.
– Да ни в одном глазу. Это ты спросонья ничего не соображаешь, Алку не помнишь! Алка Лапидус, у нас в отделе женской литературы работает!
– Разве бывает женская литература? – удивился Андрей Михайлович, но тут же прикрыл рот рукой, испугавшись свирепого взгляда Оксаны."
"– В общем, утром я от Алки сразу на работу, – говорила Оксана, – а ты, пожалуйста, никому не открывай, потому что вчера дворничиха говорила – какой-то маньяк в нашем районе объявился! Значит, договорились – ни соседям, ни врачам, ни полиции, ни даже если про пожар будут кричать! Понял?
– Понял, что ты пьяная в хлам! – буркнул муж.
– Так ты точно не придешь?
– Сказала же – не приду! Завтра все объясню! – Оксана поскорее отключилась.
Андрей Михайлович провел ее в комнату поменьше. Там стояла старинная кровать с тремя подушками и большой шкаф, откуда он достал чистое постельное белье.
Ванна в этой квартире была огромной, Оксана долго плескалась, смывая с себя усталость.
Андрей Михайлович, удостоверившись, что она ничего не услышит за шумом воды, пошел в комнату и набрал номер на мобильнике, сверившись с визиткой.
– Это Логунов, – сказал он вполголоса, – вы просили связаться с вами, если появится что-то новое. Так вот, девушка у меня. Да, до утра я ее задержу...
* * *Наутро, пользуясь доверенной ему властью инквизитора, брат Бернар собрал церковный трибунал, чтобы рассмотреть дело по обвинению фрау Маргариты Ситтов в колдовстве и сношениях с Дьяволом.
Судьи собрались после утренней молитвы в большом подвальном помещении епископского дворца.
Зал был скудно освещен коптящими факелами. Посредине его стоял длинный дубовый стол, на котором лежали письменные принадлежности.
Прежде чем занять места за столом, епископ и инквизитор некоторое время учтиво спорили, кому из них следует возглавить трибунал.
Епископ уступал эту честь брату Бернару, ссылаясь на папскую буллу, которой именно инквизиторам поручалось искоренение ереси.
