Этот странный человек был ему непонятен и зачастую даже вызывал какое-то безотчетное отторжение. Но, как бы ни хотел временами Олег Игоревич уволить его, всегда находились какие-то предлоги, чтобы его оставить.
Внезапный телефонный звонок оторвал его от этих тягостных размышлений. Граф Волков подошел к аналоговому аппарату защищенной линии связи и снял трубку.
— Слушаю! — несколько грубоватым голосом прикрикнул он в трубку.
Его невидимый собеседник какое-то время хранил молчание. А потом в динамике раздался холодный и высокомерный голос:
— Олег Игоревич, что с кристаллом?
Волков побледнел, быстро вытер мгновенно покрывшийся испариной лоб и переложил трубку в другую руку:
— А что с ним не так Ваше Императорское Выс…
— Молчать! Не сметь называть меня по титулу! — голос в трубке сорвался на крик.
Белый, как полотно, Волков, стиснул зубы, подождал немного и, так и не услышав ответа, спросил еще раз:
— Что-то не так с кристаллом? Я старался подобрать для вас лучший вариант.
— Что-то не так с кристаллом⁈ — передразнил его возмущенный до крайности голос.
— Да он, черт бы вас побрал, взорвался! Вместе с моими людьми! — Человек на той стороне провода еле сдерживал рвущийся наружу гнев.
— Этого не может быть, — встревоженно прохрипел в трубку граф Волков.
— Как вы смеете ставить под сомнение мое слово⁈ — гневно прошипел динамик.
— Простите, Ваш… кхм, я совсем не это имел в виду. Уверен, что всему есть разумное… — И тут вдруг Олег Игоревич осекся, вспомнив, кто был за рулем фуры.
Этот выскочка и чертов моралист Белозеров должен был уже валяться мертвым в придорожной канаве, как и его мерзкая, пониженная в правах семейка.
Но, видимо, что-то пошло не так. Похоже, что жена все-таки успела рассказать ему о произошедшем. А тот просто сложил два и два. А потом решил отомстить таким извращенным способом. Вот скотина!
— Это шофер. Я уверен, что это он во всем виноват. И я вам это докажу, Ваше…
— Водитель здесь не при чем! — не терпящим возражений тоном перебил графа Волкова его таинственный собеседник.
— Мои люди вели его от стены. У него не было возможности что-то сделать с грузом. Он вел себя, как обычно. И вообще, какого черта я вам все это объясняю⁈ Водитель не виноват. Потому что я так сказал! И точка!
Олег Игоревич замер. Его рука крепко стиснула телефонную трубку. Казалось, что он готов прямо сейчас ее раздавить. Внутри у него начало закипать бешенство.
Властный голос после небольшой паузы продолжил экзекуцию:
— Но звоню я не только поэтому, граф.
