Мария извернулась в подтаявшей грязи и, стоя на коленях, немного сдвинулась в сторону от спасителя, давая ему возможность добраться до ее рук. Стало совсем холодно: он стянул с нее шубу и, проговаривая: «Сейчас госпожа, от туточки еще подтяну…», довольно быстро разрезал веревки."
"Оценить, сколько же прошло времени до момента, когда боковые доски помоста вновь раздвинулись и показалось лицо Мартина, Мария так и не смогла. К этому времени у нее уже зуб на зуб не попадал. Да и нервное напряжение сказывалось: она все время яростно зевала, прикрывая рот распухшими от веревок руками.
Глава 40
Нехотя и почти равнодушно Мария подняла взгляд на короля. Он, кажется, почувствовал ее движение и в свою очередь уставился ей в лицо с какой-то болезненной надеждой. Пожалуй, королева испытывала чувство неловкости оттого, как этого человека ломает какое-то внутреннее чувство.
Мария насторожилась: он вызывал сострадание. А сострадать ему совсем не хотелось. То, что он с ней сделал, оставив служить приманкой для лорда Нордвига, легко разрушило зарождающуюся симпатию.
Как он убедительно сказал тогда, во время их первого совместного завтрака?!
«Ты моя жена. Нравится нам это или нет, но изменить мы ничего не можем. Обещаю, что буду относиться к тебе честно. Так, как положено.».
Да-да… А ведь она тогда поверила ему! Доверилась, как распоследняя дура! Теперь пришел момент понимания. И заплатить за это понимание пришлось очень дорого. Не только собственными страхами и болью.
Мария снова зябко поежилась, вспоминая раскиданные у помоста тела: сегодня она легко могла бы стать одним из этих тел. Сейчас он будет рассказывать, что только острая необходимость устранить предателя Нордвига заставила его пойти на риск. Что больше никогда!.. Что он будет заботиться о ней всю оставшуюся жизнь и прочее бла-бла-бла…
Еще, пожалуй, сейчас сунет ей дорогой подарок: какое-нибудь роскошное колье или другую безделушку. А что? По местным меркам очень даже приемлемо! Виноват: сделай бабе подарок.
И она все простит и все забудет. Конечно, их брак изначально был политическим, но… Пусть не любовь, но доверие друг к другу они могли бы получить. А теперь… предательство в семье не лучше любого другого. Как теперь долгие годы жить с ним рядом?! Как жить, ожидая подставы в любую секунду?
А ведь она тогда действительно поверила! Она бы даже согласилась помочь ему, если бы… Если бы он счел ее достойной доверия.