Сучка! Будет тут еще рассказывать, что они не будут вместе! Будет тут еще крутить им!
Понимание того, что ее только что целовал другой мужик, и так же залезал языком в рот, трахал ее практически, не добавляло легкости происходящему. Данил яростно кусал мягкие губы, стремясь выгрызть из ее памяти даже само воспоминание о другом, о том, как это вообще может быть!
Только он теперь!
Только с ним!
Только его губы, его вкус, его запах!
Никого другого! Не будет никогда никого другого!
Лена, вначале оторопевшая от грубости и жесткости происходящего, еще несколько раз трепыхнулась, извиваясь, стараясь освободить руки.
Она явно задыхалась от его тяжести, от того, что, целуя, он немного сжимал ладонь на горле, не давая доступ воздуха, от его напора.
А потом, в какой-то момент, обмякла, слабо выдохнула ему в рот, словно прекращая борьбу, сдаваясь на его милость.
Данил тут же отпустил ее руки, переключился с губ на шею, с наслаждением ощущая, как она дрожит от каждого его движения, от каждого касания.
Сунул колено между ног, резко поднял вверх, перехватил под бедра, усаживая на себя. И тут же пробираясь пальцами под шорты. И замирая.
Неверяще глядя на нее безумными, шальными глазами.
- Охереееть… Ты же мокрая. Лена, ты же совершенно, сука, мокрая! Кому ты врешь? Кого ты пытаешься нае*ть???
Лена, тяжело дыша и сжимая в горсти его футболку на груди, смотрела, не отрываясь, и глаза ее были, пожалуй, еще более бешеными и шальными, чем его.
Она, как всегда, не призналась ни в чем, но Данилу и не требовалось.
Она его хотела, дико хотела, так же, как и он ее!
Дура! Чего мучить их обоих?
Он неожиданно еще сильнее разозлился на нее, и еще сильнее захотел.
Опасная смесь, дикая.
То, что нужно для сегодняшней ночи.
Летняя практика. Ночные игры.
Лена поняла по его взгляду, что настроение поменялось, и опять неуверенно попыталась вырваться.
Да ну конечно! Прям сейчас!
Данил оторвал ее от двери и развернул к кровати. Полутораспалке. Наверняка, скрипучей.
Не надо палиться лишний раз. Или надо? Потом. Сейчас не надо. Помешают еще.
Напротив стоял диван. Крепкий на вид, тяжелый. Самое оно.
Он легко опрокинул Лену на мягкие подушки и тут же поддернул к себе за ноги, становясь перед диваном на колени.
Она только ахнула от резкого перемещения.