Причем, ничем это особо не аргументировала. Просто упрямо гнула свою линию. И, в конце концов, я сдался.
Каково же было мое удивление, когда на первой же встрече с подрядчиком, она смогла сбить на пятнадцать процентов цену на восстановление пассажирских лифтов. А когда мы вышли из здания компании и уселись в машину, она, ничуть не смутившись, вполне серьезно заявила:
— Ваше сиятельство, вы уж извините, но если бы вас с вашей хмурой миной там не было, то я бы добилась скидки посерьезнее.
Я глянул на ее вызывающее декольте, потом вспомнил слащавую физиономию коммерческого директора, с которым мы только что беседовали, и пришел к неутешительному выводу, что в чем-то она права.
Конечно, не со всеми людьми могли сработать ее методы, но я нутром чувствовал ту прослойку похотливых бизнесменов, которые отключают свой мозг при виде женских прелестей. Именно к таким я и начал засылать Ольгу. Во время этих переговоров за дверью совещательной комнаты всегда стоял грозный Горин. На всякий случай.
Если кому-то вдруг вздумается последний раз в жизни распустить руки.
Благодаря моей белокурой помощнице получилось сэкономить приличную сумму и ускорить выполнение подрядов. В итоге шахта была запущена в работу в течение рекордных двух недель. Правда, задействованные мощности пока составляли всего лишь четверть от прошлых, но даже этого было достаточно, чтобы к концу оговоренного с Филатовыми срока отправить им первую партию этериума.
Рабочих на шахте пока не хватало. И бывший главный инженер, который занял место директора, всеми силами пытался привлечь квалифицированный персонал из соседних регионов и наделов.
Наличие в Трофимово свободного жилого фонда сыграло в этом решающую роль. Кадры стали приезжать в поселок и подписывать долгосрочные контракты в счет оплаты стоимости квартир.
В итоге набралось две неполные смены, которые обеспечивали бесперебойный выпуск сырья. Добываемый этериум пока укладывался в минимальные объемы, оговоренные в контракте. Но вскоре эта минимальная граница, в соответствии с договоренностями, должна была подрасти.
И вот здесь уже могла возникнуть проблема недопоставок."
"Помимо этого, меня расстроило еще одно обстоятельство: тот этериум, который хранился в лифтовом зале шахты, пришел в негодность и его решено было утилизировать. Это потребовало довольно серьезной суммы, но другого выхода не было. Оставлять его в зале было слишком опасно.
Трофимово постепенно зажил новой оживленной жизнью.
