— Вы тут живёте? — малышка осматривает высотку с широко распахнутыми глазами.
Заворачиваем в жилой комплекс, и въезжаем в подземную парковку.
— Ага, — усмехаюсь, оборачиваясь к ней.
Она округляет пухлые губы эротичной буквой «о». Не могу удержаться от того, чтобы представить, как эти покрытые розовым блеском губки плотно натягиваются на мой стояк. Член дёргается, и я чувствую приятное возбуждение. Обычно шлюшки меня не особенно заводят, за секс платить не привык. Но эта конкретная… Почему-то будит внутри самые порочные желания.
— Я тут посижу… — шепчет, снова глядя на нас огромными голубыми глазами.
— Ну уже нет, — выходу, открываю перед ней дверь. — С нами пойдёшь, кроха.
— Не надо… я… я подожду! — пугается, дрожит.
Охренеть она естественная! Как же у неё получается так натурально строить из себя неопытную?
— Идём, — хмыкает Саша. — Поможешь выбрать нам костюмы.
Он нажимает ключ сигналки, и подмигивает мне. Вижу, как заценяет задницу малышки, когда я беру её за локоть и тащу за собой.
Жаль она в этой лаковой юбке слишком уж на шлюху похожа. Если бы её приодеть…
Впрочем, неважно. На одну ночь сойдёт. У меня на неё, итак, охуенно стоит.
Поэтому, пожалуй, начнём с минета!
Глава 4
Маша
— Проходи, крошка. Выпить хочешь?
Переступив порог квартиры, я замираю в дверях. Оглядываюсь по сторонам. Надо же… И как эти двое могут позволить себе столь шикарную квартиру? Наверное, они самые настоящие «волки в погонах». Бандиты, прикрывающиеся формой! Иначе как объяснить роскошную квартиру в таком фешенебельном районе?
Сердце бешено колотится в груди.
Крышка ловушки захлопывается, и я оказываюсь наедине с двумя незнакомыми, но очень пугающими меня мужчинами.
— Нет, — неуверенно мотаю головой. — Если только стакан воды…
— Не пьёшь на работе? — тот, что старше, кажется, Александр, усмехается. — Уважаю твой профессионализм.
Смотрю на его белозубую улыбку, и понимаю, что он надо мной издевается. Ведь профессионализм шлюхи — совсем не то, что можно «уважать».
Пока я мучаюсь стыдом и внутренними метаниями, совсем не стесняясь меня, мужчина начинает расстёгивать пуговицы на форменной рубашке. Быстро стягивает её с широких плеч, и я смущаюсь ещё сильнее, замечая те самые кубики пресса, поглазеть на которые я так хотела, приняв полицейских за стриптизёров.
Щёки печёт, и я поспешно перевожу взгляд в потолок. Закусываю губы, продолжая нерешительно стоять возле двери.
