Будто я не оправдала его ожиданий, или вроде того? По коже пробегают острые мурашки. Нервно сглатываю, не зная, куда девать глаза…
Это новость о моей невинности на них так подействовала? Презирают за то, что не могут теперь взять меня так, как весь вечер мечтали?
— Так и будешь стоять? — Александр смотрит исподлобья. — Разве тебе есть, чего опасаться? Думаешь, твоя подруга могла сказать нам что-то «не то»?
— Нет! — я даже смеюсь от такого предположения. Моя Алька, которая с детства была мне ближе родной сестры, не могла сказать «что-то не то»! Мы всегда были друг за друга горой, защищали, оберегали! Подруга точно сделала бы всё возможное, чтобы вырвать меня из рук этих хищных монстров!
— Тогда садись, — на этот раз Саша говорит с нажимом в голосе, и я, не желая сильнее злить его, опускаюсь на место рядом.
Михаил, который по-прежнему, молча стоит у окна и пьёт, тоже напрягает меня. Но… по крайней мере, он не предпринимает попыток сблизиться. Наверное понял, что сегодня ему не обломится и решил больше не тратить на меня своё драгоценное время.
Сердце простреливает острое разочарование. Злюсь на себя, но не могу не чувствовать горечь из-за того, что этим мужчинам я была интересна исключительно в качестве легкодоступного объекта для секса. Ничего более…
— Значит так, крошка, — рука Саши внезапно ложится мне на плечо, и я вздрагиваю. Его пальцы танцуют на покрытой мурашками коже, а моё нутро снова отчётливо ощущает опасность! — Мы трахнем тебя этой ночью.
От этого заявления у меня слабеют конечности… Нет… он же шутит, правда?!
— Больно будет лишь в первый момент, — усмехается. — Хотя… кому я объясняю. Ты, ведь, итак, это уже знаешь, правда, крошка?
— Ч-ч-что? — шелещу пересохшими губами. — Вы… о чём?
— Игры кончились! — резко и отрывисто заявляет мужчина. — Мы всё знаем.
— Что вы знаете, уроды?! ЧТО?! — самообладание даёт сбой, голос становится истерически громким.
— Не кричи! Лучше побереги силы. Тебе они ещё пригодятся сегодня ночью. Она будет очень долгой и очень приятной… Для нас. Говорят, в первый раз всегда бывает больно?
Мои глаза округляются. Боже… какой кошмар! Они что, знают правду, но при этом всё равно хотят получить своё?! Изверги! Негодяи!! Их даже девственность моя не смущает!!
— А как же моя подруга? — цепляюсь за последнюю надежду.
— Она нам всё рассказала!
— И… — сцепляю зубы.
