Реально страшно… Ведь до этого момента я думала, что главная угроза — эти двое мачо, что там по-хамски меня домогаются. Пыталась представить, насколько ужасно было бы поддаться на их подкаты и позволить им… делать со мной все те грязные вещи, что, я уверена, они уже во всю представляют у себя в голове! Но… как бы мне ни было больно и неприятно от того, что Михаил и Александр считают меня шлюхой, они хотя бы… привлекательные. А этот… боже, да он же одного возраста с моим дедом Казимиром! А всё туда же!
Стискиваю зубы плотнее, борясь с собой, чтобы не сказануть ничего лишнего.
Опускаю взгляд и пячусь за широкую спину Михаила.
Вопрос именинника повисает в воздухе, и я снова молюсь Богу, чтобы вся эта ситуация хоть как-то разрешилась.
— Анатолий Викторович, да зачем вам Машка? Посмотрите, сколько шикарных дам тут сегодня? — Миша усмехается, кладя руку на плечо мужчине. — Всё такие симпатичные… выбирай — не хочу! Кстати, вот та красотка, кажется, не прочь развлечь юбиляра!
Они смотрят на какую-то замотанную в полотенце девчонку, что весьма недвусмысленно подмигивает толстому начальнику.
— Зубы мне заговариваешь? — усмехается толстяк.
— Даже не думал! — Михаил качает головой с самым честным видом, в то время как Александр уже кладёт руки мне на талию и увлекает в сторону раздевалки, пока его брат отвлекает их босса.
Теперь уже я иду туда с куда большей охотой!
Мне хочется скрыться с глаз этих противных, старых, но очень похотливых мужиков.
Меня всю колотит от ужаса. Неужели, стражи порядка развлекаются вот так… в бане с проститутками? Боже… просто уму не постижимо!
— Заходи быстрее, — цедит сквозь зубы Александр, закрывая за мной дверь. К моему облегчению, в шикарной, отделанном мрамором раздевалке, кроме нас никого нет.
— Пожалуйста… — оставшись наедине с мужчиной, хватаюсь за его локоть. — Не нужно меня никому дарить! — голос дрожит точно также, как и всё тело.
— Прошу…
Смотрю ему прямо в глаза, как никогда прежде чувствуя себя зависимой от этого сильного мужчины.
— Не понравился Рамзин? — его чувственные губы складываются в усмешке.
— Нет! — усиленно мотаю головой. Проглатываю колкую фразу о том, что Александр с братом мне тоже не нравятся! Мерзавцы! Но, к сожалению, пока моя судьба полностью в их руках, видимо, придётся изображать покорность…
— Значит, хочешь с нами?
До боли закусываю губы.
