После окончания медленной композиции, мы ещё двигаемся вместе какое-то время, а потом…
Я беру её за руку и тяну за собой между тел извивающейся толпы в сторону вип-кабинок на второй этаж.
Маша не сопротивляется. Вижу, что и в ней проснулся порок.
Теперь она если и боится, то только собственных противоречивых чувств.
И… мы тут для того, чтобы показать ей, что бояться нечего.
То, что мы сделаем с ней будет очень сладко и приятно.
Мы соскучились. Жаждем. Сходим с ума. И теперь уже ни за что не упустим свой шанс!
Глава 73
Маша"
"О, господи, что же я творю…
Дверь вип-кабинки захлопывается за спиной, и напряжение, только усиливающееся между нами тремя за последние три недели, становится просто невыносимым.
От жарких взглядов Медведевых голова начинает кружиться ещё сильнее. Сердце бьётся так отчаянно, что, кажется, сейчас ускачет куда-то очень далеко.
Да мне и самой давно пора бежать подальше. Домой, в безопасность, под одеяло в свою комнату. Вот только…
Ноги приросли к полу и не слушаются.
Закусываю губы, чувствуя пробивающую насквозь энергетику мужчин.
Я уже знаю, на что они способны. Знаю, и… боже, я снова хочу это почувствовать!
Да-да! Себе-то не соврёшь! Обмануть можно кого угодно, только не своё сердце.
Я хочу их… боже. До умопомрачения хочу!
Сама не знаю, как Медведевы перекочевали из разряда «врагов» в разряд «самых желанных»! Да они просто с ума меня свели! Затаились, выжидали. Дарили подарки и водили в кино. Казались милыми и нежными…
Но меня не провести.
Я знаю, какими они могут быть, и от этого знания возбуждение только усиливается.
Наверное, если бы я потеряла память, как Миша, мне было бы легче, но… к своему стыду, я помню всё до мельчайших деталей. Их страсть. Их желание. Необузданную похоть… и то, как реагировало моё собственное тело тоже отчаянно помню!
И как тут можно устоять?
Медведевы обходят меня с двух сторон. Кружат как хищники над добычей. Краем ума я понимаю, что всё снова происходит как-то неправильно, но… разрешаю себе не думать об этом и не терзаться уколами совести хотя бы какое-то время.
Саша касается моего живота. Его прикосновения обжигают даже через тонкую ткань платья… Миша подходит сзади и откидывает волосы с моей шеи.
Так странно… он ведёт себя так, будто для него это в порядке вещей. Но, ведь, он ничего не помнит? Тогда почему же…
— Ах…
С губ срывается сладкий стон, когда он целует мою шею.
