Хочется стиснуть ноги плотнее и слегка подвигать бёдрами, чтобы избавиться от этого щекочущего ощущения. Но, понятное дело, я этого делать ни за что не стану, как бы сильно мне не хотелось избавления!
Дрожь в теле становится только сильнее, когда мужчина поднимает ладонь к моему лицу, демонстрируя перепачканные в скользкой влаге пальцы.
— Наша девственница хочет трахаться, — усмехается он, и меня накрывает волной стыда.
— Это всё вы виноваты! — отчаянно шепчу, чувствуя собственный запах. — Я ничего такого не хотела!
В это время второй полицейский, тот, что уже успел переодеться в строгий тёмный костюм, расстёгивает ремень и приспускает брюки.
Мне становится плохо, когда я вижу, как ткань его боксеров облегает мощный вздыбленный член. Сердце бешено колотится. Во рту пересыхает от волнения. В груди словно ёж ворочается. Колет от каждого вздоха!
Неужели, этот мерзавец покажет мне его прямо сейчас… что он захочет от меня? Что заставит с ним делать?
— Не колени, — мужская ладонь ложится мне на плечо. Давит, заставляя опуститься вниз.
— Не надо… — перепугано лепечу, когда сильные руки опускают меня на колени. Плотнее сжимаю губы, понимая, что именно они сейчас от меня потребуют.
Удовлетворить ртом. Фу… как ужасно это звучит!
Моя подруга Аля, с которой мы вместе снимаем квартиру, как-то раз рассказывала о том, как делала это одному парню. По её рассказу процесс показался мне просто ужасным! Хотя сама Алевтина лишь посмеивалась над моей паникой, приговаривая, что после свадьбы мне придётся делать подобное Жоре! Вот только у Жоры, судя по ощущениям, когда он прижимался ко мне во время поцелуя, размер вовсе не такой пугающий.
Наверное, с ним я могла бы справиться… Но этот… он же… просто здоровенный! Он мне в рот не поместится! Губы порвёт!
Зажмуриваюсь, боясь открыть глаза и молюсь господу Богу, чтобы он сделал хоть что-то и избавил меня от унизительной участи…
— Твою мать, — чертыхается стоящий передо мной мужчина.
Потом он тянется в карман брюк и достаёт оттуда вибрирующий телефон.
— Опять Рамзин звонит! — натягивает брюки обратно и прикладывает телефон к уху. — Да, Анатолий Викторович. Что? Да-да, мы едем. Что захватить? Презервативы?
Мужчина вздыхает, с сожалением глядя на мой рот. Я в этот момент отворачиваюсь, судорожно одёргиваю юбку и быстро натягиваю лифчик.
— Что там? — лениво тянет Михаил.
— «День знаний» придётся отложить, — усмехается второй полицейский. — Рамзин уже запарил названивать. Пора ехать. Он гандоны забыл купить, торопит.
