Мычу, стараясь отползти к стене, но в этот момент дерущиеся падают, и всё тело пронизывает яркая как молния вспышка боли.
Сознание не выдерживает, и отключается.
* * *— Михаил, эй, вы меня слышите? — в нос ударяет резкий запах нашатыря.
Гул в голове становится чуть тише.
Глаза слепит от чрезмерно яркого света, и сердце начинает биться быстрее, потому что я совсем не узнаю помещение, в котором оказался. Яркое. Слепяще-светлое. Чёрт… я что, в больнице?
— Пустите… — хриплю. Почему-то кажется безумно важным сесть, или даже встать.
Головокружение сильное, но я отмахиваюсь от людей в белых халатах, сбиваю какие-то стекляшки, они бьются о пол, но я всё равно продолжаю свои попытки обрести вертикальное положение.
— Он дезориентирован. Юля, успокоительное набери! — строгий женский голос заставляет всё внутри сжаться. Я не хочу, чтобы меня успокаивали! Мне нужно понять… нужно увидеть Сашу. Мать их!
— Где брат! — рычу.
В этот момент в ногу вкатывают иглу.
Мышцы резко становятся ватными, и я снова беспомощно оседаю.
Пульс замедляется, сознание затуманивается. Очередная вязкая пелена манит в свои объятия, и будто через толщу воды я слышу взволнованный голосок:
— Доктор, можно мне в палату! Прошу, пустите к нему…
Слабая улыбка трогает губы, когда я слышу звенящий голосок Маши, и я опять отключаюсь.
Глава 63
Маша
— Да пропустите же меня, наконец! — ломлюсь в дверь палаты, но врачи закрылись с обратной стороны. Я только одним глазком увидела Мишу, и, вот, снова в коридоре.
— Девушка, успокойтесь, иначе вам придётся уйти! — медсестра смотрит строго.
— Я хочу видеть его! — заявляю, упирая руки в бока. — Хочу знать, что всё в порядке!"
"— Вам же объясняли, ваш молодой человек сейчас в надёжных руках. У него переломы рёбер, носа и сотрясение мозга! Ему нужен покой, а ваши крики, наоборот, только усугубляют ситуацию.
Вздыхаю, опуская руки.
Да, понимаю, она права. Вот только жуткое чувство вины не даёт мыслить трезво. Мне кажется, если я буду рядом, то смогу хоть чем-то помочь!
— Маша, идём, я тебе кофе принесла, — Катерина обнимает меня за плечи, увлекая за собой.
Обессиленно плюхаюсь в кресло.
Делаю глоток обжигающей жидкости. Вкуса почти не чувствую. От стресса я потеряла способность ощущать что-либо помимо сводящего в ума зуда беспокойства.
Александр всё ещё в полиции. Миша борется за жизнь…
И всё из-за меня…
Понимаю, что я не по своей воле оказалась в этих обстоятельствах.
