Мои малышки в этом откровенном платье, и правда, уж очень выразительные. — Я всё-всё видела!
Как и стоило того ожидать, Руслан опускает взгляд в нужное место. Даже если раньше он не смотрел туда, то теперь…
Сама поражаюсь собственной находчивости! Уж не знаю, Медведевы так меня закалили, или предательство Альки перещёлкнуло в душе какой-то тумблер. Вот только сейчас я ни за что не позволю себе вновь почувствовать себя жертвой! Я возьму быка за рога, и…
— Ведьма! — Руслан отшатывается от меня, а я успеваю заметить, как припух бугор в области его ширинки.
Не сдерживаясь, смеюсь ему в спину, тем самым заставляя горилло-подобного парня ускорить шаги.
Сама же задерживаюсь на ступенях. Если встать за выступом стены, то меня почти не видно, в то время как я могу наблюдать за всеми гостями.
За долю секунды нахожу глазами Медведевых.
Лощёные брутальные мачо в своих сидящих с иголочки костюмах!
Ух! Внутри всё вскипает!
Что они тут забыли?
Вижу, как Александр подходит к Хлыщёву.
Сердце замирает, и я… ожидаю драку! Мордобой за мою честь! Да чего угодно в этом духе, но не того, что… они просто пожмут друг другу руки!
Какого чёрта?!
Следом подходит Миша и делает тоже самое.
Они перебрасываются несколькими фразами с прокурором, а потом Хлыщёв хлопает их по плечами как старых друзей.
Я вся киплю от негодования!
Быстро же они меня забыли! Выходит, им вообще плевать, да?!
Ох! Как же меня бомбит!
Значит, пока я тут сопли на кулак наматываю, жалея о том, что мы расстались на такой ужасной ноте, эти двое шастают по вечеринкам?!
Ладони сами сжимаются в кулаки.
Как бы мне хотелось, чтобы эти непрошибаемые мерзавцы почувствовали хоть толику моей боли!
Естественно, показывать им её я не собираюсь! Теперь я не Маша-плакса-Солнцева! Я — кремень!
Подбираю подол платья, и уверенно иду вперёд через толпу, периодически врезаясь в гостей плечами.
Подхожу к мужчинам, и замечаю, как вытягиваются лица Медведевых при виде меня.
Но я лишь хитро улыбаюсь, глядя на них, а потом разворачиваюсь к Хлыщёву и врезаюсь губами в его тонкий сомкнутый рот.
Стараюсь не дышать, хоть от прокурора и пахнет дорогим парфюмом. Неважно, мне всё равно это неприятно. Омерзительно, если быть точной! Но… я готова потерпеть, чтобы утереть нос этим зарвавшимся Мишкам!
Зажмуриваюсь, также резко разрывая поцелуй с Хлыщёвым, как начала его.
Внутри кипит огненная лава.
Но снаружи я — ледяной горный хрусталь.
Вскидываю нос и смотрю на Медведевых.
Выражения их лиц — нечто непередаваемое.
