— Дио Хэмис, с некоторых пор меня всё меньше заботит, кто и что там думает, — на мгновение схлёстываемся взглядами и я приподнимаю одну бровь. — Меня обсуждали и обсуждают, что бы я ни делала и как бы я себя ни вела.
Если эти благороднейшие господа захотят облить кого-то грязью им даже повод не нужен будет, я уже поняла, что здесь это лишь милое развлечение.
— Хорошо, к мебели мы вернёмся позже. А что касается ваз, статуэток и других вещей? — перевожу взгляд с виконта на Малию и обратно.
— О, это можно предложить в столичные салоны изящных вещей.
Они проводят аукционы, а для знати не считается зазорным приобретать и обмениваться изящными вещами таким способом. Как вы знаете, аукционы — одно из благородных развлечений для дио.
— Для дио?
— Да, дэям не пристало торговаться. Это моветон.
— Оу… а мебель не причисляется к изящным вещам?
— Это предметы обихода, потому что мебелью пользуются, а изящными вещами только любуются.
Ох, как же всё запутано с этими негласными правилами для знати! Ездить верхом на лошадях дэям — неприемлемо, торговать и торговаться — позорно.
Зато аукционы — это благородно, но опять же только для дио. Какой-то бардак!
Подхватываю чашку, чтобы отпить глоток, и ощущаю, как подрагивают пальцы. Виконт в то же мгновение перехватывает фарфор из моих рук и передаёт Малии. Берёт меня за запястье, проверяя пульс. Хмурится.
— Ваша светлость, я вынужден настаивать, чтобы мы прервали разговор. Вам необходим отдых.
— У меня на сегодня ещё были планы…
— Прошу, послушайте меня, ваша светлость.
Сборы, дворец, дорога, разговоры, переживания — всё это слишком тяжело… — понижает голос — для ослабленного эликсиром организма.
Хочется поспорить, но лёгкое головокружение и озноб убеждают лучше любых доводов. Встаю и направляюсь в спальню, отмечая, что при этом совершенно неприлично шаркаю ногами.
— Госпожа! — В комнату влетает Миа — Там внизу его сиятельство граф… Фрэй Дау просит позволения увидеть вас.
Вздрагиваю и растерянно смотрю на Мию, затем перевожу взгляд на дио Хэмиса.
Что ему теперь нужно? Я выполнила его просьбу. Помолвка расторгнута и нас больше ничего не связывает.
Мой наставник ещё больше хмурится и решает за меня:
— Миа, передай, что госпожа слишком плохо себя чувствует и не готова никого принимать, — согласно киваю и благодарно улыбаюсь своему спасителю.
Горничная бросает на меня встревоженный взгляд и убегает обратно.
— Малия поможет вам переодеться, а я принесу свежий отвар для очищения и целительного сна.
