Тайринг ловко уворачивался, грамотно наносил удары и блокировал соперника. Пока не подошла очередь «кузнеца», как я окрестила бугая.
Тот бил кулаками-молотами почти не глядя, рассчитывая оглушить и завершить бой по-быстрому. Тайринг попал несколько раз — кажется, по печени, потому что мужик скривился, но не притормозил.
Хватило одного пропущенного удара по касательной, чтобы наш бедолага упал как подкошенный, и больше не шевелился.
— Победителем объявляется Интарн! — зычно провозгласил ведущий, указывая на «кузнеца».
Тот сцепил ручищи в замок и потряс ими над головой, торжествуя. Трибуны взревели — почти все ставили на очевидного будущего победителя.
Вторых и третьих мест здесь не предусматривалось. Проиграл так проиграл. Так что мы поспешили к арене — вытаскивать нашего незадачливого вояку.
Вызывать врача и помогать пострадавшему никто не собирался. Сам пришел — сам уйдешь, или тебя просто выкинут на мороз, подальше от места проведения боев.
— Не вышло сегодня, — пробормотал Тайринг невнятно из-за разбитой губы.
Вся левая сторона лица представляла собой огромный отек, и он продолжал увеличиваться. Похоже, треснула челюсть.
— Помолчи уже, боец, — хмыкнула я, тонкими нитями льда опутывая пострадавшую плоть, тщательно избегая крупных сосудов. Если умеючи, действует лучше примочки и само рассасывается за несколько минут. — Работать над техникой и работать еще.
— Что ты в этом понимаешь, мелюзга! — Брат занес было руку для воспитательного подзатыльника, но под моим строгим взглядом сделал вид, что собирался почесать собственную макушку.
— Достаточно, — лаконично отозвалась я. — Так и быть, побуду тренером. Что бы вы без меня делали?
— Следующего раза не будет! — категорично заявил Кай, но мы с Тайрингом дружно не обратили на его выпад внимания.
Понятно, что еще неоднократно попытаемся, но точно не в ближайшее время. Сначала парню нужно подлечиться и освоить несколько приемов против массивного врага. Кроме ловкости, нужна еще стратегия, а она у Тайринга хромает на обе ноги.
Зрители, возбужденно обсуждая прошедшие бои, потянулись к выходу.
Но мерный гул голосов быстро сменился возгласами — сначала недовольными, затем откровенно испуганными.
— Стража! Там снаружи стража! — заорал кто-то в толпе.
Суматоха поднялась не сразу.
Казалось, болельщики не могли поверить в то, что на подпольную арену напустили проверку.
Лишь после того как в зал ворвался отряд в темной униформе и принялся вязать всех подряд, люди очнулись и бросились врассыпную.
