И тоже на плече ткань специальной рубахи была разодрана, а под ней темнела рана.
Крылатые жрали змею и не обращали на нас никакого внимания.
— А чего это они наше мясо жрут? — поинтересовался Кирилл, снимая защитный купол. — Давайте отвоюем, что ли?
Следующие несколько минут превратились в настоящую бойню. Шесть человек с энтузиазмом рубили и стреляли крылатых монстров. Для охотников у Кирилла оказались припасены ещё специальные сферы с розовым дымом.
Когда мы остановились, в воздухе не наблюдалась ни единого горшка с крылышками.
Стояла тишина. И лишь где-то недалеко сверху на лист неспешно капала кровь.
— Собираем сколько можем, идём в лагерь, после чего налаживаем доставку, — проговорил Кирилл, как старший группы, затем спохватился и посмотрел на меня. — Всё так?
Я окинул взглядом остальных и спросил:
— Все согласны?
Мои спутники кивнули, но тут вдруг Стас поднял руку, желая высказаться.
— Прошу прощения, — сказал он. — Можно? — я лишь кивнул, потому что меня интересовало мнение каждого.
— Я когда там сидел, — он махнул головой наверх, — видел пещеру недалеко. Оттуда эти крылатые сюда летели. И, кажется… — он замялся. — С такого расстояния, конечно, говорить сложно, но мне кажется, что там возле входа наши припасы. Ночью украденные.
— Будем спасать? — оглядел я присутствующих.
— Было бы неплохо, — пожал плечами Кузьмич, давая понять, что он в данном случае ничего не решает. — А так, как скажете, мы люди подневольные.
Михалыч с ним согласился молча.
Кирилл выслушал охотников, потом повернулся ко мне.
Он раздумывал над сложившейся ситуацией. Было видно, что ему не хочется рисковать и отходить ещё дальше от лагеря. Вот только вопрос был в припасах, которые мы точно сможем есть. А вот кротомедведя с щупальцами, километровую змею и крылатые «горшки» — ещё неизвестно, насколько они съедобные.
— Лорд, — он обратился, как можно более учтиво, словно мы не стояли только что спина к спине и не охраняли друг друга от крылатых тварей с острейшими клешнями.
— Я переживаю, что мы можем не успеть вернуться в лагерь. Давайте пока возьмём мяса, сколько утащим, а потом, когда организуем вывоз продовольствия, заодно и наведаемся и туда."
"Я выслушал и оценил осторожность. Но всё снова упиралось в передвижение местных земель.
— Всё так, — я кивнул и оглядел нас всех. — И я рад, что вы осторожничаете. Вот только вся наша провизия может уехать, пока мы будем ходить до лагеря, а затем делать коридор. И тогда — всё пропало.
