Но его никто не взял, а когда я вернулась, ты уже договорилась с Фреем.
И на меня так взглянули, будто бы я святая, что спасла целую страну от страшного врага, при этом умудрившись попутно исцелить всех от чумы, холеры, испанки, коклюша и диареи в придачу. Я даже загордилась собой в этот момент. Глянуть бы в зеркало, не сполз ли нимб с головы.
Кстати, нужно попробовать прощупать, еще и этот рынок. И если окажется, что кружево хорошо идет то, думаю, дело мы Фрее найдем. Да еще и такое, что будет приносить прибыль не только девочке, но и всей ее родне.
Если бы еще не этот проклятый папаша…
Он даже с поломанной ногой умудрился испортить нам спокойное течение жизни.
На четвертый день пребывания Фреи у нас, к дому подъехала коляска, в которой сидело два колоритных господина.
Вернее, один колоритный господин, от которого за километр несло чиновником (я таких чую даже за два) и здоровенный косматый детина, что как раз и правил этой коляской.
Я была на улице, мыла посуду, и поэтому мне выпала честь лицезреть, как местный чиновник, брезгливо озираясь по сторонам, спустился с коляски на нашу «грешную» землю.
Пока господин изволил, морщась идти ко мне по весело чавкающей, осенней грязи, сзади подошел встревоженный Фрей, что тоже услышал шум прибытия незваных гостей.
— Быстро иди в дом, спрячь Фрею у меня в комнате, и сидите там, — тихо сказала я парню, а потом, немного подумав, добавила, — и скажи Берте пусть вынесет мой кошелёк.
Парень, умничка какая, не стал спорить и быстро скрылся в доме, откуда так же быстро появилась Берта, но было уже поздно…
— Мира, я так понимаю, — то ли спросил, то ли утверждал господин чиновник, подойдя ко мне поближе и даже не соизволив поздороваться, — на тебя поступило две жалобы.
Что ты силой удерживаешь девушку Фрею у себя!
Одна от папеньки, я так понимаю, а вторая, похоже, от того самого вдовца — упыря, что очень любит служанок и не очень любит жен. Ладно! Я оценивающе прошлась по заплывшей фигуре чиновника, красным, налитым щекам и глазкам, что вот-вот должны были стать поросячьими, но видно не судьба.
Для того чтобы оплыть окончательно, нужна должность поважнее и взятки побольше. Славная птица и такая знакомая.
Я мило улыбнулась поросеночку-чиновнику и проворковала:
— Это ужасная ошибка господи…
— Кармел, господин Кармел, королевский исполнитель, — господин Худая Свинка приосанился и выпятил грудь уверенного второго размера вперед.
