– Пошел за соком для меня. Не представишь мне свою спутницу? – наконец обратив на меня внимание, спросила Диляра.
– Конечно. Это Ксюша. Ты должна помнить о ней, – как-то нервно, выводя меня на передний план, произнес он.
Неужели Осман смутился? Мне казалось, мы уже преодолели всё, связанное с нашей разницей в возрасте, и то, что он когда-то являлся моим опекуном. Или дело в том, что он не хотел быть с кем-то на глазах своей бывшей невесты?
– Ксюша? – нахмурилась Диляра. – Неужели та самая?! Вот так и понимаешь, что стареешь! – усмехнулась она по-доброму.
Сейчас, разглядывая женщину, я понимала, что многое надумала себе о ней. По ней было видно, что она не являлась стервой, коей я себе ее представляла. Но ревновать меньше от этого я, конечно же, не стала. Диляра была очень яркой и красивой женщиной, и даже беременность нисколько ее не портила, наоборот, она выглядела хрупкой и ранимой в своем положении.
– Вот это встреча, – подошел к нам высокий красивый мужчина, судя по всему, муж Диляры, который явно испытывал те же чувства от их встречи, что и я.
– Добрый вечер, Алихан, – кивнул ему Осман, по всей видимости, уже отошедший от встречи с бывшей невестой.
– Представляешь, кого я встретила? – беря у мужа стакан с соком, прощебетала она.
Было видно, что ее муж, как и я, не был в восторге от этой встречи. К счастью, антракт закончился и каждый из нас вернулся в свою ложу, прекратив это неловкое для всех общение.
Молчание Османа убивало, и я с трудом сдерживала кипящее внутри меня раздражение.
Умом я понимала, что мне нечего ему предъявить, но разум был неподвластен чувствам.
Мне было больно. Сидя там рядом с любимым мужчиной, я вновь ощущала себя той маленькой одинокой девочкой, оставшейся без семьи.
– Ты чего, лап? – ложась рядом со мной на кровать и прижимаясь к моей спине, ласково спросил Осман.
Приехав домой, я сразу же отправилась в душ, где выплакала все скопившиеся во мне слезы.
Я ненавидела себя за слабость и неспособность высказать свои сомнения Осману. Страх его потери был слишком велик, чтобы рисковать тем, что есть, ради своих истинных желаний.
– Плохо себя чувствую, – пытаясь не выдать тоном голоса то, что творилось у меня внутри, сказала я. – Неделя была сумасшедшей, и я вчера не выспалась.
– Хорошо, давай тогда спать. Но завтра спрошу с тебя в двойном размере, – потираясь о мой затылок губами, прошептал он.
