– Ты очень отважный мальчик и настоящий герой. Не болит?
Паренек резво помотал головой и хотел что-то сказать, но я приложила к губам палец.
- До вечера постарайся говорить как можно меньше. Договорились?
Кажется, он был сейчас на все согласен, потому что ему стало легко и не больно.
- Леди, на посту никого нет, и я не нашла вашего… - в операционную вошла мама Юци и теперь пораженно смотрела на сияющего сына. – Вашего Ёжика нет, боюсь я не смогла вам помочь…
Не очень-то было надо. Но ей об этом лучше не знать.
- А целитель, напротив, смог помочь вашему сыну. Вот эта кость застряла в горле и вызвала отек, - сообщила я, снова намеренно умолчав, о каком целителе идет речь. Мальчику же весело подмигнула.
- Кость! Святой Вершитель! Где ты умудрился ее проглотить?! – впрочем, ответ ее волновал несильно, ее интересовало другое: - Кому я могу оплатить труды?
- Оплатить? – улыбнулась я. – Смелым мальчикам целитель сегодня помогает бесплатно.
- Да хранят вас боги, миледи, - горячо поблагодарила она и вышла из комнаты, ведя за руку вполне довольного жизнью Юциаса.
"
"Не успела я перестелить простынь и убрать пинцет в емкость для использованных инструментов, как в дверь пару раз постучались и, не ожидая ответа, вошли. Хвала Вершителю, это был всего лишь брат Ешик, который на мое счастье держал в руках коробку, подаренную Дорис.
- Вам тут просили передать, мисс Ли, - сказал он.
- Благодарю вас, господин Паус, - улыбнулась я, принимая ужин Гатто.
Да, я тихо радовалась и надеялась, что сегодня рыб точно не станет на меня ворчать.
Ешик явно хотел задержаться. Однако, ему не повезло, ибо без всякого стука – оно и понятно – в операционную вошел… Алекс Навилас. Он строго посмотрел на медбрата и холодно произнес:
- Пост на входе без присмотра.
Этого оказалось достаточно, чтобы несчастный Паус мгновенно испарился. Жаль, у меня не было ни единого шанса проделать то же самое, и очередной взгляд недобро прищуренных синих глаз достался уже мне.
Этого следовало ожидать.
Глава 11
Стоило Ешику выйти, как взгляд Алекса потеплел, но я все равно чувствовала себя загнанной в ловушку дичью и молила всех богов, чтобы сейчас в операционную хоть кто-нибудь вошел. Почему-то из головы никак не шли странные намеки господина Навиласа, его попытка опозорить меня при всех и излишнее внимание, которое столь важный лорд проявлял к простой сестре милосердия.
