- Светлого утра, лорды, леди, - всех поприветствовала она.
И все же ей тепло ответили. Все, кроме герцога ас Навиласа. И тут, пока не было секретаря, кое-что произошло, что показалось мне весьма странным.
- Что, старый паук, думаешь, язык отсохнет, если поприветствуешь меня? – заявила тетушка.
- Вы все такая же язва, леди Дана, - усмехнулся Навилас.
- Леди… - поморщилась она. – Это единственное, что осталось от прежнего величия, ведь титул у нас отобрали Навиласы!
- Нет! – горячо возразил Актав. – Ваш род лишили герцогства за измену королю!
- Зато вас король наградил нашими землями и титулом за то, что глубоко порицается моралью и всеми принципами, завещанными Вершителем! Эсби никогда не шли против совести!
- Навиласы были связаны клятвой, которую не могли нарушить!
- О, да, - рассмеялась Дана Эсби.
– Клятва, честь… Ими вы отменно прикрывались века, поскольку совесть и мораль для вас пустой звук.
- Замолчите немедленно! – ас Навилас старший рассердился не на шутку.
Неизвестно чем бы закончилась эта потасовка.
Я бы даже предположила, что дракой. Но в этот момент в приемную вышел секретарь и пригласил:
- Его Величество ожидает вас!
- Знаешь, милая, похоже, нас ждут откровения, - шепнул мне супруг. – Я даже чувствую себя несколько смущенным, прикасаясь к чужим тайнам.
Тайны нашей семьи? Вот уж нет!
- Они не чужие, - ответила я. – Поскольку это теперь и твоя семья.
Удивительно, но монарх встречал нас вовсе не как властитель. Он восседал за накрытым к чаю столом в халате и широко нам улыбался.
- Джонатан, вы хорошо себя чувствуете? – осторожно спросил ас Навилас.
- Ах, Актав! Милый мой Актав! Впервые за триста лет я себя чувствую – а это уже немало! – ответил король. – Присаживайтесь-присаживайтесь. Разговор нам предстоит серьезный и долгий.
- За сколько лет? – переспросила я Ирса.
- За триста, родная, - произнес герцог, давая понять, что я не ослышалась.
- Леди Эсби, прошу вас разлить чай, - снова улыбнулся король.
Он вел себя так, словно искренне радовался каждой мелочи: жужжащей на окне мухе, лучу солнца, запутавшемуся в тяжелых портьерах, нашим вытянутым лицам.
Обычно, здоровые люди не ведут себя так… так излишне эмоционально. Я даже подумала, а не повредил ли зигистар его мозг? Вдруг нарушена одна из основных функций? Ведь мозг предмет темный, и даже магия не всегда может справиться с некоторыми нарушениями в его работе.
И я бросила пытливый взгляд на Алекса. Он покачал головой, начисто отметая мои сомнения. Стало еще тревожнее.
