Даже отливающая золотом и серебром чешуя потускнела.
Мне стало жаль окмалиона.
- Конфету хочешь? – я порылась в кармане и нашла две отложенные про запас энергетические карамельки.
- Свяжешься с тобой – научишься есть всякую гадость, - ответил Гатто.
- Это да или нет?
- Это фантик сними, малек, и предложи мне пищу со всем уважением.
Пожалуй, фантик я снять могла. Больше того, я сняла даже два фантика. Одну конфету отправила себе в рот, а другую – в аквариум, где ее тут же подхватил рыб.
- Извини, на уважение сил пока нет.
Я тебя завтра два раза поуважаю, ладно?
Окмалион проигнорировал мою шутку. Жаль, вроде смешно получилось.
И что теперь я знала о недуге герцога?
Хмм… А ведь знала я многое. Кроме того, черные, унизанные шипами нити, я видела лучше и отчетливее, почти не напрягая зрение. Без всяческих усилий.
Знала ли я как вылечить Ирса? Нет, не знала. Гатто не врал, когда утверждал, что излечить «кокон смерти» такой степени запущенности невозможно, потому что он тоже не знал, как следует действовать.
И все же, небольшой выход я нашла. Правда, никаких гарантий на улучшение он не давал, зато позволял выиграть время. Заклятие стазис замедляло все процессы организма, в том числе и циркуляцию магических потоков. А это означало, что и «кокон смерти» находится в том же стазисе и не растет, не выпускает новые шипы, не тянет из герцога силы.
Без риска для организма можно было держать Ирса в таком состоянии большую часть суток, потому что ему все равно требовалось есть, хоть немного двигаться и частично использовать магию, чтобы исключить застой любой жизненно важной субстанции, будь то лимфа, кровь или магия.
- Придется потерпеть, Ваша Светлость, - прошептала я и усилила стазис, который все же истончился к этому времени. – Спите спокойно, а я пока постараюсь найти выход.
Герцог мне не ответил. Да и кто бы мог хоть что-то толковое сказать?
Впрочем, один человек мог – Роан ас Тейли. Я открыла дневник отца и стала читать.
Знакомый наклон букв, знакомый почерк. Сначала, чтобы не терять время, я акцентировала свое внимание на описании экспериментов и опытов, магических формулах.
Надо признать, большинство исследований отца опережало свое время. Хотя, и в мое время они все еще оставались революционными и актуальными. Некоторые, разработанные им методики, применялись на практике. Только их изобретение приписывалось вовсе не Роану ас Тейли, а кому-то другому, приближенному к семье Навиласов."
"Чем дальше я читала, тем больше злилась.
