Он был не просто «бандюшок», но глава одной из самых, хоть немногочисленных, но одиночных бригад, занимавшихся, в основном, «устранением» и «чистками» неугодных людей, «по просьбам» за деньги и, разумеется, за «долю малую». В отношениях с ним у нас назревал конфликт, но пока не с очень очерченными границами. Что делать — вопрос банальный, но поставленный ребром, начинал потихонечку «выклёвывать мозг», как тот орёл, посланный Зевсом для мучения Прометея, с той лишь разницей, что его печень к следующему обеду прожорливой птицы восстанавливалась.
Ситуация была не из лучших, и далеко не из самых простых. Уже сейчас было понятно, что если прекратить насильно их отношения, это все равно повлечёт тяжелейшие последствия, но какие, я и предположить не мог, и поскольку выходов и решений сейчас видно не было, то лучшим было ждать нарыва, предполагая, что о его начале меня предупредят, или я узнаю сам, поскольку старался держать руку на пульсе событий.
Если в отношениях двух «бригад» дело дойдёт до резни, а позже это так и случилось, девушка неминуемо должна пострадать, так как была «прикована» к противоборствующей стороне, а информацией, хоть и небольшой, в частности, обо мне, пусть даже и составленной из «легенд», обладала.
Но любая предполагаемая опасность, пусть даже и подобная, воспринималась «братьями», как критическая, ведь кто его знает, о чём я с ней говорил и что рассказывал.
Стало ясно одно — пока они не женаты, что-то разумное предпринять ещё можно, но у меня словно стоял стопор, скорее всего, появившийся в предчувствии каких-то колоссальных изменений в моей жизни и, разумеется, очевидной после этого зависимости, чего иметь нельзя ни мне, ни моей «работе».
Но в себе я был уверен. Ему, перспективному мужу, нужны были деньги и власть, а потом уже она. Мне же только она, и я готов был сметать восстающим из пепла, самоустранённым чувством всё на своём пути, пусть даже человека, у которого под рукой всегда с десяток стрелков.
В принципе, и «свои» «главшпаны» меня не очень волновали, хотя вот здесь и была зарыта настоящая опасность.
Но сейчас я летел и просто вспоминал, и даже не мог представить, сколько ждёт меня впереди из того, о чём обычный человек в наше время не может и подумать о своём будущем — ну, если только прочитать в романе.
Границу я пересёк под фамилией того же Титова, позже уничтожив паспорт.
