Во время войны ему не раз приходилось наблюдать последствия огромного выброса силы и видеть беспомощных ослепших магов. Он очень хорошо помнил их остекленевшие, слепые глаза и знал, что зрение в таких случаях вернуть невозможно.
Дорг подери! Почему Бекки? Почему именно она? В груди все сильнее нарастала боль. Нет. Он сейчас не будет думать об этом. Потом. Все потом. Главное, Ребекка жива, а все остальное… Он найдет способ. Наизнанку вывернется, но сумеет излечить жену."
"– Надо же, моя галлюцинация даже пахнет Себастианом, – чуть слышно хмыкнула Ребекка и уткнулась ему в шею.
От этого ее прикосновения внутри потеплело, и лед, сковавший сердце, начал таять. – Ну да, все верно. Можжевельник, лимон, сандал и грейпфрут. Я определенно сошла с ума.
Жена как-то странно всхлипнула и обмякла в его руках.
Унаши сатар! Только ее обморока и не хватало!
Усилием воли вернув себя к образу брата, он рванулся к нему и мгновенно оказался в особняке. Только сил не хватило, и он, не устояв на ногах, рухнул рядом с Артуром.
Крев сатари! Перед глазами все расплывалось, но он сумел уберечь Ребекку от удара.
– Возьми, – прохрипел брату. Тот мгновенно подхватил Бекки и что-то сказал, но он не расслышал. Откат прошелся по телу волной нестерпимой боли, лишая его способности двигаться. – Бекки… Позаботься… – слетело с пересохших губ, и клубящаяся тьма сомкнулась над его головой.
Ребекка Гринделл
– Шанти, отстань! Куда ты меня тянешь?
Я вяло отняла у щенка руку, но малыш не унимался.
Он урчал, рычал, тявкал и упорно пытался заставить меня встать с постели. Глупыш. Были бы силы, я бы и сама встала…
«Ррр-ав!» – Острые клыки прикусили запястье.
– Ну, хорошо, хорошо, сейчас!
С трудом села на кровати и, переждав приступ тошноты, попробовала подняться. Голова закружилась. Шарг! Когда же закончится этот ад? Меня штормит, как пьяного двигорщика.
Шанти подвернулся под руку и подставил мне свою шею. Надо же! А малыш-то подрос. Не видела его несколько дней, а он уже достает мне почти до пояса.
Я ухватилась за ошейник, рывком поднялась с постели и сделала шаг. Потом еще один. И еще. Шанти терпеливо шел рядом, не пытаясь взбрыкнуть или убежать. Мой умница арс…
– Не торопись, малыш, – шепнула я ему.
Мысленно общаться не получалось. Голова болела так, что любая попытка наладить связь превращалась в настоящую пытку.
– Бекки! Ты зачем встала? – встревоженный голос мужа заставил меня вздрогнуть.
