Плюнь ты на этого доргова засранца! Теперь мы вместе, и я никому не дам тебя в обиду.
Крепкая рука обхватила мою, и горячие губы коснулись ладони.
– Я люблю тебя, Бекки, – как безумный, шептал Симмонс. – Я на все готов ради тебя. Верь мне, я никогда тебя не брошу и не предам!
Бедняга Грег. Он не понимает. Ничего не понимает. Это сейчас он готов на все, а пройдет время, и я стану ему в тягость. Кому нужна слепая калека?"
"– Грегори, послушай, ты должен отвезти меня домой, – мягко ответила я, отстраняясь от друга.
– Я успокою родителей, а потом, если ты не передумаешь, мы с тобой уедем к Терею.
– И ты бросишь своего мужа? – ревниво спросил Симмонс.
Брошу? Да он сам меня бросит! Я и раньше-то была ему не нужна, а уж сейчас…
Новый приступ тошноты заставил меня застонать. Невыносимо. По лицу и спине лился холодный пот, ладони стали липкими, голова кружилась все сильнее. Откат после запрещенной магии оказался слишком сильным.
– Бекки!
– Не кричи, Грег, – с трудом прошептала я.
– Прости. Что сделать? Чем тебе помочь? Может, воды?
– Не надо.
Я отдышалась и попыталась повернуться на бок. Тело не слушалось, оставаясь чужим и тяжелым. Нет, так не пойдет! Я не собираюсь лежать здесь безвольным овощем! Поднатужившись, приподнялась и встала на колени. Спинка кровати скрипнула под моей рукой, и я вздрогнула от этого громкого звука.
– Бекки! – встревоженно пробормотал Симмонс, поддерживая меня за талию.
– Все нормально, Грег. Я сама.
Чужие руки, касающиеся моего тела, вызывали странный диссонанс.
И почему-то все сильнее хотелось плакать.
«Взбодрись, Ребекка! – приказала самой себе. – Не превращайся в жалкую неудачницу!»
Беспросветная темнота нервировала, заставляя чувствовать себя слабой. Шарг! Ненавижу это ощущение! Не хочу быть беспомощной и ущербной.
Я осторожно села, пережидая очередной приступ тошноты, и прислушалась. Когда-то я читала, что у слепых людей обостряется слух. Ерунда. Ничего у меня не обострилось. В голове стоит такой шум, что реагировать на окружающее попросту не получается.
– Помоги мне встать, Грегори, – попросила я друга.
– Бекки, тебе нельзя много двигаться. Я тебя отнесу, куда скажешь.
– Не надо меня никуда нести, сама дойду.
Я попыталась подняться и тут же застонала.
– Упрямица, – мягко прошептал Симмонс, подхватывая меня на руки. – Куда тебе нужно?
– Я хочу на воздух.
– Бекки, ты уверена, что это хорошая идея? Ты слишком слаба.
– Грег, не спорь.
Симмонс молча прижал меня к себе и понес к выходу.
