Да-да! Я воспользовалась услугами «Прэскотт-дома», и те полностью воспроизвели обстановку бального вечера четырехсотлетней давности: вдоль стен стояли ледяные стулья с высокими спинками, в одном из углов расположились снежные сугробы с прохладительными напитками, по краям залы кружила метель, а на небольшом балкончике обосновался настоящий живой оркестр. Кстати, последний вызвал подлинный фурор. Еще бы! В нашем обществе живая музыка – слишком большая редкость. Все-таки век техномагии с ее бесчисленными достижениями, которыми так гордятся современные маги-техники.
Я взяла запотевший бокал монского и сделала большой глоток. Терпкий напиток прокатился по горлу холодной волной, вызывая ответный отклик моего внутреннего льда.
– Бекс, ты – гений! – восхищенно заметил Рэнском. – Только тебе в голову могла прийти подобная идея. Вечеринка в стиле императора Артура Благословенного. Просто восторг!
– Угу, – кивнула, отвлекшись на проносящуюся в танце с Диланом Тайру и повернулась к Гарри.
Я собиралась поделиться с ним мыслями о будущих Арскотских гонках, но отвлеклась на шум, возникший у входа в залу, и застыла.
В дверях стоял высокий светловолосый мужчина и смотрел на меня так… Я не могла передать выражение его ледяных синих глаз. Неверие, изумление, смятение, радость, страх – чего там только не было! Шарг! Что за бред мне мерещится? И почему так гулко забилось сердце?
Я встряхнулась и постаралась избавиться от непонятного ощущения, возникшего внутри.
– Бекс, ты чего? – заметил мое состояние Рэнском.
– Все нормально. – Я отвела взгляд, но не выдержала и снова уставилась на незнакомца. – Гарри, ты не знаешь, что это за тип? – тихо спросила друга.
– Кто? – завертел головой Рэнском.
– Вон, в дверях застыл.
– Странно, – Гарри пристально вгляделся в незнакомца. – Не могу понять. Может, Билл Нордей? Он хвастался Уиллу, что на сегодняшней вечеринке его никто не узнает.
– Да нет. Билли ниже. И глаза у него светлее.
– А, я понял! – Гарри стукнул себя по лбу и широко улыбнулся. – Это Оллар Ситлтон!
– Это вряд ли, – с сомнением протянула я.
– Ситлтон никогда не смог бы изобразить такой взгляд. Даже в личине.
– Тогда, может, Карл Кавендиш? Да нет, – Гарри тут же опроверг собственную версию. – Не похож.
– Но кто же это?!
– А вот сейчас и узнаем, – хмыкнул друг. – Кто бы это ни был, он направляется сюда.
Точно. Незнакомец как-то устало провел по лбу рукой и двинулся в нашу сторону. Походка его была медленной, чуть прихрамывающей, дерганой.
