Как вытягиваются её губы, как возбуждает каждого в зале. Своей невинностью, чистотой.
– Я знаю, что придется расплатиться. За поступки, которые мы совершаем. Но я просто хочу быть с тобой, просто хочу быть с тобой.
Кажется хрупкой на этой сцене, хочется прижать и защитить. Только смотрю как ставки увеличиваются и понимаю, что защитить хочется не мне одному.
И теперь я сомневаюсь, что Анна действительно настолько наивная, какой пыталась казаться. Сама ведь признала, что здесь из-за денег и своего парня.
Никаких оправданий для неё не нахожу.
– Ты охренел?! – разворачиваюсь к Марату, замечая, что он сам участвует в торгах. – Брось это.
– Так ты ведь не участвуешь. А такая девчонка…
– Тебе мало шлюх? Я тебе серьезно говорю, не перебивай.
– Бля, Ал, да ты тогда определись: хочешь или нет? Что ты ломаешься, как девка?
– Я её отца знал. Тот просил присмотреть за девчонкой, - выпаливаю и думаю, что пора на водку переходить. Тогда не так погано будет. – Очевидно, я облажался.
– Так ты реально за ней присматривал?
Не смог, отправил в деревню к бабке, деньги посылал.
Её отец работал на меня с открытия фирмы, был один из немногих, кому я мог доверять. А я вместо того, чтобы позаботиться о его дочери, думал о том, как её трахнуть.
Отослал подальше. Хреново же, когда на восемнадцатилетие так повернуло, не продохнуть. Нагибается за бумагами, а мне присунуть сразу хочется.
Не как пацану даже, как животному. На инстинктах.
Вот только я никак не ожидал, что встречу её на аукционе и возможность переспать с Анной окажется настолько близкой.
С другой стороны, мне тридцать шесть исполняется, а не сорок. Рановато моралистом быть. Тем более, когда Анна ловит мой взгляд, допевая финальную строчку:
Ведь я просто хочу быть с тобой,
Я просто хочу быть с тобой.
– Хрен с ней, Марат. Годится такой подарок.
Попала ты, куколка.
*Chris Rea – I just wanna be with you
Глава 6. Аня
Вляпалась, как муха в д…
Бабулина любимая фраза, которая теперь обретает новый смысл. Влипла так, что не разобраться.
Когда Тина тащит меня от стола Алана, меня трясёт. Ноги не сгибаются, в груди какой-то жар непонятный.
Опускается ниже, пылает между ног. Это так странно, стыдно. Его касания, взгляды. Его язык по моим губам скользил, собирая алкоголь. А я ни слова не сказала.
Не слышала собственных мыслей из-за чужих касаний. Таких наглых, откровенных. Алан касался так, словно я принадлежу ему. Так муж свою жену должен трогать, а не бывший босс отца.
– Ты красиво поешь, Ань.