"
"Внутри огонь разгорается. Языками пламени лижет грудь и живот, выжигает клеточки кислорода из моего тела.
Я ведь понимаю, что Буйный продолжать собирается. Бедра сводит лёгкой судорогой в предвкушении.
Прикусываю кончик ногтя, не зная, что делать. Час это много. Эмир не станет так долго ждать.
Прошу дать мне двадцать минут. Этого недостаточно, но выиграет мне хоть капельку времени. А потом я… О, телефон выключу.
А что? Разрядился, бывает. Я не виновата.
Но Буйный не успокаивается. Звонит снова. Я опять сбрасываю.
Чувствую себя преступницей. Которой вот-вот смертный приговор вынесут.
Грудь сдавливает, пульс зашкаливает. Я понимаю, что очень-очень разозлю мужчину этим. Но другого выхода у меня нет.
«Сбросишь ещё раз — тебе пиздец, кукла».
И новый звонок. Больше рисковать мне не хочется. Провожу пальчиком по экрану, жмурюсь, словно это спасёт.
— Эмир, послушай… — начинаю я нервно.
И новый звонок. Больше рисковать мне не хочется. Провожу пальчиком по экрану, жмурюсь, словно это спасёт.
— Эмир, послушай… — начинаю я нервно.
— Слушай сюда, кукла, — перебивает. Его голос вибрирует от злости. Отдает внутри меня спазмами.
Он умудряется рычать, хотя ни одной «р» во фразе не было. Я цепенею. Мужчина злой. Дико взбешенный.
Внутри всё азотом покрывается. Замерзает от его интонаций. Словно через расстояние Буйный направляет свою тяжелую энергетику на меня.
— Ты пиздец как попала, — рявкает мужчина.
— Но я же ответила, — пытаюсь звучать невинно.
— Ты думаешь я тебе пацан дворовой? Можно мне по ушам ездить, а я схаваю? Ничего не попутала?
— Я не понимаю тебя.
— Всё ты шаришь, кукла. В какой ты там магазин упиздовала? За девяносто семь километров от города?
— Я… Откуда ты знаешь?
— Знаю. Мне плевать куда ты там двинулась, ты сейчас же тормозишь. Мои ребята за тобой приедут. Ко мне доставят. Будешь мне лично отчитываться, что ты учудила. И отмазку получше подготовь. Чтобы мне понравился. Потому что за свои выходки будешь во всех позах отрабатывать. Усекла?
Я часто моргаю.
От страха в уголках глаз собираются слёзы. Почему Эмир такой грубый?
И как он узнал, где именно я нахожусь? Ведь указатель так и показывает, что до города осталось девяносто семь километров.
Сабуров следил за мной постоянно? Тогда почему раньше не позвонил?
Я не представляю, как теперь ему на глаза показаться. Встретиться лицом к лицу, когда мужчина настолько злой…
— Поняла меня? — спрашивает яро.
— Поняла.
Боюсь, ничем хорошим наша встреча не закончится.
