Тимур спокойно поздоровался на местном наречии и спросил: «В чём дело, камрады?». Видимо, с полицаями на их родном языке, да ещё на саксонском диалекте, разговаривали только представители комендатуры. Поэтому старший наряда тут же радостно воскликнул: «O, Komendatur! Kein problem!» И начал доверительно объяснять молодому офицеру, что у них тут мобильный патруль, так как некоторые недобросовестные советские военнослужащие из нашего гарнизона звонят в Советский Союз с помощью монеты и приклеенной к ней клеем «Рапид» ниткой.
Всё гениальное просто! Монета приклеивается к нитке, а нитка наматывается на указательный пальчик, остаётся только чётко один раз в пять секунд подымать и отпускать монету. Экономия социалистической валюты получалось колоссальная...
Тимур знал более радикальный и дешёвый способ общения с некоторыми советскими городами через этот телефон-автомат — с помощью пружины от офицерской фуражки.
Пружина от фуражки вставлялась в окно приема денег автомата, и после нехитрых манипуляций совершалось соединение. Правда, после такого общения многие телефонные аппараты просто выходили из строя. Естественно, советский прапорщик не стал выдавать немецким полицейским нашу Большую Военную Тайну. И Кантемиров невозмутимо ответил на приличном немецком: «По приказу коменданта я стою здесь — контролирую». Вот она — армейская смекалка!"
"Немцы обрадовались ещё больше и доверительно сообщили, что им, офицерам полиции, совместно с офицерами комендатуры будет легче следить за переговорами жителей гарнизона.
Старший полицейский добросовестно записал в свой блокнотик со слов младшего офицера его имя и фамилию — Василий Соколов. Служители немецкого правопорядка также слаженно прыгнули в автомобиль советского производства и укатили по своим неотложным полицейским делам.
Гвардии рядовой Клейнос вышел из телефонной будки с блуждающей улыбкой на лице и несколько отрешенным взглядом. В общем и целом, успел он поговорить минут пять, и сдаётся Тимуру, что боец запомнил эти минуты на всю жизнь. Конечно, Сергей рассказал об этом операторам стрельбища, а те — своим землякам в полку, и ещё долго среди солдат ближайших частей ходила байка о новом виде поощрения отличившихся бойцов.
