Была быстрая драка, но их было больше, и они были старше. Силы были неравны, нам пришлось убежать. Досталось нам прилично, одежду порвали, «фонарей» наставили.
— Ну, ни хрена себе! Вот тебе и дружба-фройндшафт, — прервал и искренне удивился Тимур. Андрей только усмехнулся. Саня продолжил свой доклад:
— На следующий день мы с пацанами решили провести акцию возмездия. Заранее направили пацанят в тот двор на разведку. Те проверили и доложили, что эта компания сидят в том же дворе и пиво пьют. Мы разделились на две группы по семь человек, и зашли с двух сторон.
В школе есть один пацан, восьмиклассник, раньше боксом занимался, так он двоих с ходу уложил. Мы их месили минут десять, после чего разбежались в разные стороны и встретились потом у полка связи.
Безбородов немного помолчал, вздохнул и посмотрел на Тимура:
— А вчера у школы к нам подошёл тот немец с татуировками и назначил нам стрелку в пятницу за кирхой на поляне у Пионер-плаце. Сказал, чтобы мы все приходили в 18.00, иначе немцы будут нас ловить по одиночке и жёстко мстить.
Этот немец хорошо по-русски говорит, вроде у него бабушка русская была.
Старшеклассник опять замолчал. А молодой человек на тот момент забыл и про свой полигон, и про классическую музыку и даже немного подзабыл про Дарью Михайловну. Для Тимура прозвучала до боли родная и немного подзабытая поселковская тема про свой район, про махач и про «наших бьют». Воспоминания оказались на уровне инстинкта…
Внешне пацаны-старшеклассники не отличались от своих сверстников-немцев: те же причёски, те же потёртые джинсы, те же кроссовки или туфли, да и слушали все одну и ту же музыку.
Правда, по немецким законам лицам до восемнадцати лет можно было находиться на улицах только до 23.00. Отношения между русскими и немцами в реальности и повседневной жизни были не совсем гладкими.
И если в отдалённых от крупных немецких городов небольших русских гарнизонах и военных городках советские военнослужащие редко сталкивались с недружелюбным отношением, или вообще не сталкивались, как например, в деревеньках Помсен и Оттервиш, где Тимура все знали; то в крупных городах эта проблема стояла остро.
Часто в магазинах или в общественном транспорте можно было услышать шипящее «русишь швайн», когда немцы слышали русскую речь. И почему-то, в основном от пожилых немцев или от молодёжи. Немцы среднего возраста были к нам более-менее лояльны. Но, о драках среди молодёжи прапорщик слышал впервые. И вдруг Андрей продолжил:
— Тимур, а теперь главное.
