Вертлявый парень у Снежаны не вызывал ничего, кроме неприязни, при одном только взгляде на него ей хотелось помыть руки, но Лиде он нравился, она видела. Что же получается, негодяй, которого они ищут, это Артемий? Или, судя по непритворному Лидиному горю, нет?
– Лида, послушай, – мягко сказала Снежана, – нам действительно очень важно это знать. Скажи мне, я правильно понимаю: тебе очень понравился мужчина, а он предпочел другую женщину?
Лида горестно кивнула и снова зарделась, теперь, видимо, от неловкости.
– Прости, что я спрашиваю, но этот мужчина – сын Светланы Павловны? Той самой, что заказала у нас большой набор домашнего текстиля?
Снова кивок.
– Вы познакомились, когда он пришел в наше ателье?
– Впервые увиделись, да. А потом случайно встретились на улице, после работы. Мы с девочками решили в кино сходить, а там он.
Пока все сходилось. Новый клиент сначала нашел повод появиться в ателье Снежаны Машковской, к которой искал подход, чтобы понять, есть ли у нее старинные сколки.
Ему нужно было собрать всю информацию о Снежане и ее маме, поэтому он воспользовался случаем и познакомился с глупышкой Лидой, на лбу которой ясно написано, как отчаянно она цепляется за любые отношения. Тогда получается, что женщина, приходившая к Бубенцовой, та самая пожилая, дорого одетая дама, которую видела соседка, – это не Татьяна Елисеева, а Светлана Павловна. Да, похоже, все сходится!
– Лида, Артемий начал ухаживать за тобой, а потом бросил?
– Да не начинал он ухаживать! – выкрикнула Лида с отчаянием.
Снежана надеялась, что за стрекотом швейных машинок их разговор не слышен остальным девочкам. – Он мне так понравился, и поначалу показалось, мне всегда кажется, но тут это было так явно, а потом, потом, потом оказалось, что нет…
На этих словах Лида не выдержала и все-таки заплакала, вернее, зарыдала в голос.
– Вот что, девушка, – вмешался в разговор Зимин, которому, видимо, надоело пережидать все эти женские душещипательные беседы. – Четко, по делу и без соплей.
Когда и при каких условиях этот самый Артемий, как, кстати, его фамилия?
– Ла-лапин! – провыла Лида.
– Когда и при каких обстоятельствах Лапин попросил у вас ключи от ателье?
Услышав его жесткий властный тон, Ирина Григорьевна неодобрительно покачала головой, подошла и обняла рыдающую Лиду за плечи, а Снежана вздохнула. Все-таки нет в мужиках сочувствия, ни капельки!
– Я не давала ему ключи, – сквозь слезы ответила Лида. – Да он у меня и не просил.
