Один из часовых на артиллерийских позициях у Ташино заметил непонятное шевеление и успел поднять тревогу. Он даже выстрелил вверх из винтовки. Но было уже поздно.
Набегающая волна испанских артиллеристов огнем трофейных пулеметов в упор была остановлена и опрокинута обратно. На вторую атаку времени у них уже не было, поскольку по дороге уже мчались наши БМП с десантом, за которыми кое-как ковыляли немецкие трофейные полугусеничники. Еще несколько минут, и так и не начавшийся ночной бой перешел в беспорядочный разгром не успевшего очухаться противника.
Выгнанные из домов в чем были, дезориентированные и частично безоружные испанцы с первых же минут ночного боя сначала по одному, а потом пачками начали сдаваться в плен. До последнего отстреливались только члены испанской Фаланги, пошедшие на войну против СССР из идейных соображений, да и некоторые ухари, которым сам черт был не брат.
А в одном из домов деревни Щепы отчаянное сопротивление нам оказали приставшие к испанцам части добровольческой эстонской полиции.
Выяснив у пленных, кто это там такой храбрый, и убедившись, что выгнанные ночевать в хлев хозяева дома огородами покинули опасное место, я, не желая зря терять своих людей, приказал расстрелять бревенчатую избу из 100-мм пушек БМП. Ну, а если кто выживет – в плен не брать. Ибо нефиг ходить потом маршами ветеранов СС. Собакам – собачья смерть.
В результате этого боя мы взяли в плен больше тысячи испанцев, в том числе и командиров 263-го пехотного и артиллерийского полков «Голубой дивизии».
"
"Выделив для конвоирования одну роту – ох, как бы сейчас пригодились мне здесь кавалеристы Белова! – я приказал гнать это стадо в Лугу. Сто метров быстрым шагом, сто метров бегом. Тут всего десять километров, доберутся за полтора часа и не замерзнут. Бежать им некуда, безоружного, да еще в немецкой форме, в любой деревне мужики моментом на вилы поднимут. Евроинтеграция тут нынче не в моде, народ отсталый и дремучий. А всех бойцов и командиров моего батальона ждал рывок на Батецкую.
Пора бы познакомиться поближе и с героем испанской Гражданской войны генералом доном Грандесом.
6 марта 1942 года, вечер.
Ленинградский фронт, станция Ульяновка
Фельдмаршал Кейтель отчасти ошибался, докладывая пятого марта фюреру о предполагаемой гибели командующего и штаба 28-го армейского корпуса. Внезапный артиллерийский налет полностью уничтожил корпусной узел связи. Большие потери были и среди штабных офицеров.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
