– Сумасшедший Гитлер, – ответил Бережной, – считая, что высшее командование вермахта готово ему изменить, вполне может инициировать в Германии новую «ночь длинных ножей». Это может сильно помочь нам на завершающем этапе войны. Но, спятив окончательно, Гитлер может развернуть на наших оккупированных территориях самый настоящий геноцид. Вот это очень плохо. И назначение Гиммлера командующим группой армий «Центр» – это сигнал о том, что такое развитие событий вполне возможно.
– Товарищ Сталин, – голос Бережного дрогнул, – в случае такого развития событий я предлагаю нанести по фашистской Германии удар возмездия имеющимися в нашем распоряжении спецбоеприпасами.
Уверен, что товарищ Ларионов в этом меня поддержит.
Сталин, помрачнев, покачал головой, а потом сказал:
– Мы обдумаем ваше предложение, товарищ Бережной. Но в первую очередь мы должны думать не о возмездии, а о том, как быстрее освободить наш народ и нашу землю от фашистского рабства. Мы очень рассчитываем на вашу помощь и поддержку в этом деле.
Ведь вы и ваши товарищи всего за какие-то сорок дней сумели внести в дело нашей Победы неоценимый вклад.
– Итак, товарищи, – Сталин подошел к столу и что-то записал в блокноте, – план операции «Молния» должен быть выполнен в те же сроки и в том же объеме, как и намечалось ранее. На сегодня все. Вы свободны, товарищи.
19 февраля 1942 года, 00:35. Мурманск, аэродром Ваенга, 2-й гвардейский (72-й) смешанный авиационный полк Северного флота
Днем 18 февраля на аэродроме Ваенга приземлились два прибывших из Архангельска транспортника ТБ-3, из которых под наблюдением сотрудников НКВД были выгружены полтора десятка больших деревянных ящиков.
Через час после прилета «туберкулезов» на том же аэродроме приземлился пассажирский ПС-84 с двумя десятками секретных специалистов на борту, которых немедленно поселили в отдельный барак, возле которого опять же стояли бойцы НКВД.
Еще сутками ранее на аэродром Ваенга из мурманского порта привезли столитровые железные бочки, на которых какой-то шутник краскопультом под трафарет нанес надписи большими белыми буквами: «ТС-1.
Яд – не пить», и череп с костями для вящей доходчивости. Ну, не надо никому знать, особенно в кишащем англичанами и американцами Мурманске, что ужасно секретные буквы ТС-1 обозначают самый обыкновенный керосин, только тщательно очищенный. А так, почему бы слегка и не потроллить коллег из «союзных разведок» – пусть попытаются выяснить состав этой «ужасной дряни».