Начинается суета, хаос нарастает, кто-то пытается развернуть машины, кто-то спрыгивает на землю и бежит в степь. Придерживаю пока своих на гребне. Мы бьем по скоплению техники из орудий и пулеметов, но похоже, что здесь требуется более увесистая дубинка.
Вызываю артиллеристов.
– Орган, я Пегас. Отметка плюс восемь, скопление техники и пехоты – это просто биомасса какая-то, нужен огневой вал.
– Вас понял, – и через минуту перед нами встает высокое дерево разрыва шестидюймового снаряда. Во все стороны летят обломки полугусеничника, что-то переворачивается, что-то вспыхивает чадным пламенем.
– Так нормально?
– Годится! – отвечаю я, и на немецкую колонну обрушивается лавина снарядов. Все скрылось за сплошной пеленой летящих камней, пыли и гари. Мы прекращаем огонь – пусть пушкари тоже повеселятся от души, тем более что теперь нам просто не видно, во что стрелять."
"Сзади подтягивается наша пехота на трофейных бронетранспортерах. Парни спешиваются и пешком поднимаются к линии танков. Здесь морские пехотинцы, те, которые обороняли Севастополь и высаживались вместе у Евпатории.
Те, что насмерть стояли под Саками и освобождали Симферополь. Некоторые из них начали войну вообще с Одессы и с Дунайского лимана.
Зрелище, открывшееся их глазам, было достойно богов.
В броню постучали, открываю. На гусеничную полку запрыгнул капитан 3-го ранга Бузинов. Мы с ним были в одном деле, когда его ребята на броне моих танков рванули от Симферополя на Перекоп. Правда, тогда он был капитан-лейтенантом, но ничего, звания и награды – это дело наживное.
Тот, кто с нами связался, без своего не останется.
Высунувшись из люка, пожимаю ему руку. Все понятно и без слов. Огневой вал покатился вдаль от нас, и сейчас мы не спеша двинемся вперед, добивая тех, кто выжил в этом аду. Это рейд, а в нем нет места для пленных. Крик снизу из люка:
– Товарищ майор, Орел передает, что «мышки» Гудериана повязали, взяли тепленьким.
16 января 1942 года, 17:35.
Северная Таврия, окрестности поселка Чаплинка
Командир бригады генерал-майор Бережной
Снимаю трубку телефона.
На том конце может быть только один абонент – Сам. Длинные гудки, и вот усталый голос с чуть заметным акцентом:
– Слушаю вас, товарищ Бережной.
– Товарищ Сталин, только что завершился бой, в котором бригада полностью разгромила панцеркампфгруппу генерала Гудериана. Уничтожен танковый кулак и сводный передовой отряд пехоты и артиллерии численностью до полутора дивизий. Гудериан и его штаб захвачены в плен.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
