Из раскрытого люка на землю спустились два человека, придерживая от ветра головные уборы. Майор госбезопасности Санаев шагнул вперед, прикладывая руку к шапке:
– Товарищ народный комиссар внутренних дел…
Я непроизвольно бросил взгляд в сторону капитана ГБ Осадчего. Боже ж ты мой, с человека можно в натуре писать картину «Приплыли»: трепет и благоговение во взоре. Пока мой двоюродный дед рапортовал, капитан Осадчий просто млел от присутствия столь высоких особ."
"– Товарищи, – выслушав рапорт, Берия быстро оглядел собравшихся, – не будем зря терять времени.
Николаю Герасимовичу как можно быстрее надо принять командование, – он посмотрел на майора ГБ Санаева. – Товарищ майор, на какой машине мы поедем? А то, гляжу, вы здесь целую автоколонну собрали.
– Сюда, товарищ нарком, – майор показал на наш «Тигр». – Товарищ Кузнецов поедет во второй машине с капитаном госбезопасности Осадчим.
– И много у вас людей? – Берия бросил быстрый взгляд на стоящие чуть в стороне КамАЗ с полуторкой.
Майор Санаев козырнул:
– Товарищ нарком, к операции привлечены: взводная тактическая группа Осназа РГК, командир старший лейтенант Бесоев и опергруппа Севастопольского отдела НКВД, командир – капитан НКВД Осадчий.
– Так, так, – Берия сделал шаг в мою сторону и прищурился, – слушай, товарищ майор, мне кажется, что старший лейтенант Бесоев чем-то на тебя похож?
Мой двоюродный дед тяжело вздохнул.
– Так точно, товарищ народный комиссар, он внук моей младшей сестры, Нины.
Тут челюсть капитана НКВД Осадчего совершенно отвалилась и осталась висеть на специальных страховочных веревочках, придуманных как раз на такой случай.
А то грохоту бы было! А в НКВД лишнего шума не любят.
Берия одобрительно посмотрел на меня, потом на майора и, проходя к машине мимо остолбеневшего капитана Осадчего, вдруг не удержался и выдал фразу почти по Райкину:
– Товарищ капитан, закройте рот, мы уже все сказали!
Потом взялся за дверцу, задумался и добавил:
– И вообще, вам лучше забыть все, что вы здесь услышали. Это я вам как ваш прямой начальник говорю.
С этими словами милейший Лаврентий Павлович из пронзительной сырости январской севастопольской ночи переместился в жарко натопленный салон «Тигра», в комфорт и уют. Это, конечно, не представительский «Паккард», но и не «эмка».
– Коля, – сказал я своему водителю, садясь на переднее сиденье, – ты особо не гони. Помни, что везешь не дрова, а лично товарища Берию. Веди аккуратней, тщательнее, можно сказать… Тут недалеко, мы успеем.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
