Тоже черные, но элегантные, красивого покроя, и каблучок подходящий. Надо будет себе поискать такие.
Мельников писанину отложил в сторону, вышел из-за стола, встретил посетителей и выразил вдове свои соболезнования. Дама всхлипнула и промокнула сразу отсыревший нос.
Андрей объяснил, что, несмотря на то, что Вересов вчера опознал ее мужа, жена все равно должна провести опознание. И мы поехали в морг. Мельников сел в машину к Вересову, и я сделала то же самое. Чего это я буду свою тачку гонять, когда можно на чужой проехаться? Да и от Мельникова отставать не хотелось.
Он, может быть, в дороге какой-нибудь разговор заведет и что-нибудь важное для меня скажет.
Встретил нас тот самый Лекарев, с которым Мельников вчера по телефону разговаривал. Там еще два человека присутствовали, но они как-то все время стеснительно держались в сторонке и молчали. Вероятней всего, получили от Лекарева самое строгое указание – не светиться. Так что на дистанцию хорошей видимости эти два работника не приближались, и сказать о них что-нибудь определенное я не могу.
А сам Лекарев производил впечатление совершенно нормального человека. Чисто выбрит, и халат почти белый. И напрасно Мельников вчера говорил, что они в морге совершенно свихнулись с перепоя. Никакого запаха спиртного я не почувствовала. Или, может быть, еще рано было, а с утра здесь не пьют?
Провел нас Лекарев в комнату, где покойники лежали, подвел к столу и откинул синюю простыню. Вдова посмотрела и опять стала промокать глаза и нос.
Нельзя сюда людей водить.
Морг не музей, но куда денешься, если существуют формальности и надо их соблюдать.
– Узнаете? – спросил Мельников.
Вдова похлюпала-похлюпала и сказала, что да, узнает, это ее муж, Евгений Константинович Чернов.
– Вы совершенно уверены в этом?
Вдова подтвердила, что совершенно уверена.
– Показывай, – велел Мельников Лекареву.
Тот повернулся к другому, стоящему рядом столу и опять откинул синюю простыню.
Не знаю, как другие, а я, честное слово, совершенно обалдела. Здесь тоже лежал Чернов.
Я посмотрела на тот, первый стол, – там Чернов, повернулась к этому, второму, – и здесь Чернов. Свихнуться можно…
– А это кто? – спросил Мельников у вдовы.
Вдова глянула на покойника, повернулась и подошла к первому Чернову. Внимательно посмотрела на него, вернулась ко второму и тоже внимательно его осмотрела.
– И Сергея, значит, тоже, – сказала она и промокнула глаза.
Я хотела тут же спросить, какого это Сергея, но посмотрела на Мельникова и промолчала.
