Проклятье! Кто за всем этим стоит? Кто так сильно желает найти меня, что отправил на розыски этого типа? Самое странное, что, кто бы это ни был, он был достаточно осторожен, чтобы сначала попытаться урезонить меня. Если бы Эйб хотел похитить меня, он уже сделал бы это. Хотя бы той ночью, когда привез меня в Бийск. От него требовалось лишь проехать мимо и дальше, в ближайший аэропорт. Хорошо, это понятно. Теперь задача – как отделаться от Эйба?
Я отступила еще дальше.
– Я ухожу, и ты не остановишь меня. И прекрати шпионить за мной.
С этим покончено.
Задумчиво сощурившись, Эйб несколько минут внимательно вглядывался в меня. Я почти видела, как колесики всяческих замыслов и интриг крутятся в его голове. Потом он заговорил, так тихо, что я едва расслышала.
– С ними, однако, еще не покончено.
– С кем?
Он кивнул на дверь.
– С Викторией и Роланом.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты знаешь, что я имею в виду. Она думает, что влюблена в него. Он понимает, что завтра утром она вернется в школу. Сегодня ночью у него есть последний шанс, и уж он не упустит его.
Там много очень милых спален. В данный момент они, скорее всего, в одной из них.
Я почувствовала, что задыхаюсь.
– Наверно, я должна пойти и все рассказать ее матери.
– Будет слишком поздно. Она не успеет, завтра Виктория уедет в школу, и он утратит к ней всякий интерес. Что может сделать мать, оказавшись перед свершившимся фактом? Всыпать ей?
Я злилась все больше, главным образом потому, что чувствовала – он прав.
– Прекрасно. Тогда я сама вытащу ее оттуда.
– Нет, не получится. Она хочет, чтобы это произошло. Даже если тебе удастся оторвать ее от Ролана, она снова найдет его.
Я во все глаза смотрела на него.
– Достаточно. Ты, надо полагать, ведешь к чему-то, так давай, не тяни время.
Он улыбнулся, явно довольный моей сообразительностью – или, может, прямотой.
– Если хочешь спасти ее, нужно действовать через него. Через Ролана.
Я усмехнулась.
– Не пойдет. Он оставит ее в покое только в том случае, если я предложу ему себя.
И, эй, дружба дружбой, но не до такой же степени.
– Или если я поговорю с ним.
– И что ты ему скажешь? Преподашь урок морали и переубедишь с помощью разумных доводов?
– Я могу переубедить его. Но поверь мне, разумные доводы здесь ни при чем – по крайней мере, не в том смысле, как ты себе представляешь. Если я велю ему оставить ее в покое, он оставит ее в покое. Навсегда.
Не осознавая этого, я отступила еще на шаг и уткнулась в стену. Эйб выглядел чертовски устрашающе.
