Может, это не та часть, что питает твою душу, но она питает мою. Весь ты питаешь меня. Скажи, ты сделал это из-за меня?
— Я никогда не делаю что-то по одной причине, — сказал он, хватая меня за затылок и притягивая для жесткого, быстрого поцелуя, который закружил мне голову и оставил губы пылающими. — Но ты была важной частью причины.
Я улыбнулась, положив руку на его грудь.
— Кстати о пище, я знаю одно место с потрясающим видом. Я планирую полакомиться тобой, пока ты наслаждаешься закатом.
Жар охватил мои щеки, и я инстинктивно сжала бедра.
— Я думала, у тебя еще были дела?
— Ты и есть мое дело. По крайней мере, единственное, которое имеет значение. Пойдем, пока я не передумал и не уложил тебя на капот машины прямо перед мисс Харпер, чтобы тебя напугать.
— Ладно, пора уходить, — сказала я, потянув его к машине, пока он хохотал.
С Грейсоном невозможно предсказать, что принесет завтрашний день. Кто знает, вдруг ему станет скучно, и он убьет меня. Если так, то… это риск, на который я готова пойти. Быть с ним — как жить на грани.
Я уже забыла, что значит чувствовать себя по-настоящему живой. А может, я и вовсе никогда этого не знала. Одно было ясно. Я буду держаться за это и за него, пока смерть — какой бы она ни была — не постучится в мою дверь.
АЛОРА
— Что за чертовщина? — Спросила я, когда мы вошли в бар."
"Я застыла, уставившись на сцену, сердце забилось сильнее. Грейсону даже не пришлось ничего объяснять. Я знала, что это для меня, и уже съеживалась. Прошло всего три дня с тех пор, как мы были здесь в последний раз, и один из крестов убрали.
В центре сцены стояла огромная, красочная карусель с лошадью, с золотым шестом, проходящим через спину. Она была достаточно высокой, и выглядела почти невинно. Но это же Грейсон. С ним не бывает ничего невинного.
— Это для тебя, чтобы ты оседлала ее, в рамках шоу, — сказал он с лукавой ухмылкой, от которой мне стало еще тревожнее.
— Оседлать? Типа просто сидеть на ней?
— Да.
— Почему-то я тебе не верю.
Он обнял меня за плечи.
— Пойдем, подготовим тебя.
Тебе понравится наряд.
Я очень в этом сомневалась. Это казалось чем-то гораздо более экстремальным, чем моя обнаженная задница.
Почему, черт возьми, я вообще думаю о чем-то связанном с задницей? Спустя час, мое лицо было разрисовано, и я стояла в ярком костюме из спандекса, под цвет лошади на карусели. В костюме были два выреза в районе промежности, и у меня возникло жуткое предчувствие, я догадывалась зачем. Но очень надеялась, что ошибаюсь.
