– Ну и мастер ты п…деть, артиллерист, – обратился рыжий ко мне. – Может, у тебя и ксива есть английская?"
"– Пожалуйста, – я кивнул на кучку своих вещей на капоте. – Можете прочитать.
Якуб вытащил из кучки пластиковую карточку моего удостоверения и некоторое время шевелил губами, пытаясь расшифровать латинские буквы.
– Роберт Дэниэл, – подсказал я ему. – Подданный ее величества королевы Елизаветы. Шлепнете меня – будет международный скандал. Вот так.
– А-а-а-а! Вон оно что! – задумчиво протянул Исрапи, зловеще прищурившись.
– А я-то думаю, почему ты такой бесстрашный? Как это ты посмел по земле Старого Мачкоя ездить? По земле, в которой твой труп давно гнить должен! А ты, оказывается, англичанин! И ты думаешь, что это защитит тебя от пули, идиот?! – Рыжий нервно дернул ртом, направил ствол автомата мне в живот и скомандовал хрипло:
– Ну-ка, сука, отойди от машины! Сейчас я тебе докажу, что пуля главнее иностранного подданства… Отойди, я сказал!
– Стой! – вмешался пожилой, жестом приказав мне оставаться на месте.
– Ты что творишь? – обратился он к Исрапи, хватая его автомат за ствол и отводя в сторону от моего живота. – Грохнешь этого, придется убрать второго, – пожилой кивнул в сторону Тэда. – Не слишком ли жирно – два англичанина за один присест?! Начнут искать, выяснят, что пропали в зоне ответственности нашего отряда… Весь Мачкой-Артан знает, что они в нашу сторону поехали!
– Да я тебе задницей клянусь, что он спецназовец! – отчаянно крикнул Исрапи, три раза гулко бухнув себя кулаком в грудь и выставив обличающий перст в мою сторону.
– Ну ты сам подумай. В ноябре прошлого года он берет в заложники семью Зелимхана, проходит каких-нибудь семь месяцев и на тебе – английский подданный! Такое что – бывает?
– Короче, что вы спорите? – вмешался один из семерых «духов», до сей поры безмолвно наблюдавший за перепалкой. – Давай отвезем их к командиру, пусть он решает… Скажет пристрелить – пристрелим.
Отпустит – значит, так и надо. Его обидчик, пусть сам с ним и разбирается.
– Ты прав, – после недолгой паузы согласился пожилой чеченец. – Поедем на базу, там разберемся. – Остальное воинство одобрительно загудело.
«Ну, слава Богу!» – мысленно воскликнул я и украдкой перекрестился, хотя никогда в Бога не верил.
Исрапи досадливо сплюнул и повесил автонат на плечо.
– Тогда хоть свяжите его, – бросил он пожилому, глядя в сторону. – Он крайне опасен.
