Спустя некоторое время дверь широко распахнулась – в проеме стоял высокий чеченец с автоматом, облаченный в душегрейку и спортивные штаны, и без опаски, этак по-хозяйски, смотрел на нас.
– Ва! Это что за чучело? – по-чеченски поинтересовался высокий, осмотрев мою скромную персону. – Ты где его откопал?
– В плен хочет, – с достоинством ответил «дождевик». – Говорит, ушел с заставы сорок седьмого полка – дембеля замучили.
– Ты кто такой? – обратился ко мне высокий по-русски. – Ты пехота?
– Артиллерист, – жалостно ответил я.
– Я есть хочу…
– Ха! Есть он хочет, – развеселился высокий и опять спросил «дождевика»:
– Ты где его взял?
– Он по улице шел, – объяснил «дождевик». – Я в окно смотрел. Гляжу – идет, ногу волочит. Ну и вот…
– Ясно, – резюмировал высокий. – Спасибо, что привел. Ты можешь идти.
– А он? – поинтересовался «дождевик», кивая в мою сторону. – Вы его не расстреляете?
– Это не твоя забота, дорогой! – Высокий весело осклабился и похлопал «дождевика» по плечу.
– Ты иди, мы им займемся.
«Дождевик», немного поколебавшись, пожал плечами и пошел прочь, покосившись в мою сторону. Перечить ахсалтаковскому бойцу он не посмел.
– Ложись, – скомандовал высокий, оставаясь в калиточном проеме и направляя ствол мне в живот. – Лицом вниз! – поправил он, заметив, что я неуклюже сажусь на задницу и начинаю устраиваться боком в жидкой грязи. Я плюхнулся животом в грязь и поднял голову, чтобы не захлебнуться – практически на полкорпуса утонул в жирном месиве.
– Исрапи! Ай, Исрапи! – заорал высокий.
Во дворе хлопнула дверь – чей-то голос недовольно спросил:
– Что орешь?
– Иди – посмотри, кто пришел! – весело позвал высокий. – Какие люди без охраны!
В дверном проеме показался низенький пузатый мужик, огненно-рыжий, с круглыми навыкате голубыми глазами и горбатым мясистым носом, нависавшим над верхней губой.
– Откуда? – кратко поинтересовался он, моментально оценив обстановку.
"
"– Рашид привел, – объяснил высокий. – Говорит – с заставы сорок седьмого полка убежал. Артиллерист.
– Обыскал? – спросил рыжий.
– Он грязный – как его обыскивать? – возразил высокий. – Вот думаю – что с ним делать?
– Думать – это моя работа, – сказал рыжий и скомандовал по-русски:
– Э, артиллерист! Ну-ка, раздевайся! Я начал приподниматься, уперев руки в грязь.
– Э-э! Ты лежи, лежи. Лежа раздевайся, – поправил меня рыжий.
