– Да, я послал туда Мильжу, лучшего из моих вождей, и сделал это из дружбы к брату моему Альдо, которого мечтал увидеть на троне предков…
Из дружбы?! За гоганское золото, но… Но причиной был именно Альдо, так что, если судить по справедливости…
– Ваше величество, у нас есть другой выход! Отдайте Ворону меня.
– Вас?! – Адгемар схватился за сердце. – Никогда! Вы – мой гость, гостеприимство свято, и я дважды обязан вам жизнью.
– Мильже вы обязаны не меньше, и, в конце концов, все началось в Агарисе. Скажите Алве, что я тайно проник в Кагету, а это так и было.
Это я подкупил нескольких бирисских вождей, которые втайне от вас занялись набегами. Вы узнали обо всем, когда уже было поздно, узнали от… от Луллака и Мильжи и передаете подстрекателя, к тому же объявленного его величеством Фердинандом вне закона, Первому маршалу Талига. В виновность Мильжи Ворон может и не поверить, а меня он знает… И Дорак меня знает. Он будет счастлив отрубить мне голову на площади и… отдать Эпинэ после смерти деда Маранам.
– Я ценю ваше благородство, герцог, но есть вещи, которые кагет не переступит, если не хочет, чтобы его назвали ызаргом. Гость священен. Долг жизни священен четырежды.
– Я перед лицом Создателя поклянусь, что обманул доверие хозяина и умоляю позволить мне искупить вину. Я знаю, если двенадцать казаронов засвидетельствуют мои слова пред образом праведницы Ка́гии, никто не посмеет сказать, что этого не было. Альдо я напишу, что вынудил вас согласиться. Он – Человек Чести, он поступил бы так же, а бирисские вожди… Они погибли во время селя, и их Алва уже покарал.
– Да защитит тебя Создатель.
Голос кагета дрогнул, а в уголках глаз появились настоящие слезы. Неужели он ошибался и Лис иногда становится человеком? А почему бы и нет? Луллак – племянник Адгемара, должно же у родичей быть хоть что-то общее.
– Ваше величество, прикажите подать перо и бумагу и велите казаронам собраться.
– Ты… Ты хочешь, чтобы это было прямо сейчас?
– Чем быстрее, тем лучше. Только… Я могу попросить ваше величество об одном одолжении?
– Для меня любая твоя просьба священна.
– Мильжа не должен знать о нашем разговоре, он вообще ничего не должен знать!
– Клянусь Создателем, он не узнает, хотя я предпочел бы…
– Ваше величество, вы обещали!
– Да будет так.
Адгемар тяжело поднялся. А ведь он на самом деле расстроен. Значит, они заблуждались и казар юлил и предавал не ради себя, а ради Кагеты? По-своему он прав – казароны и впрямь тянут Кагету назад.
