Сколько ни вглядывались мы в улицу, но так и не смогли увидеть ничего ярче отсветов автомобильных фар и тусклого сияния свечей в некоторых окнах. Яр коротко, но чертовски эмоционально выругался, поняв, что чайник вскипятить не удастся, а я выдохнула – перебоев с электричеством не было давно, и вот опять, пожалуйста… И стала звонить в центральную диспетчерскую службу, чтобы узнать, что случилось и когда появится электричество. Как обычно, дозвониться никуда я не смогла и положила телефон на подоконник, решив попытать счастье попозже.
– Капец, ну у тебя и домик! – воскликнул Яр. – И когда электричество теперь появится?
– Скорее всего, уже утром. Наверное, на подстанции авария.
– Жесть, – проворчал он. – У тебя есть свечи?
– Есть. Посвети мне на шкафчики телефоном, – попросила я.
Мы остались на кухне, слабо освещаемой одной белой свечой. Я сидела на своем любимом месте около окна, на которое раньше любила забираться с ногами, а Ярослав рядышком, с кем-то переписываясь в мессенджере. Я задумчиво смотрела на темное небо, израненное звездами.
Сейчас, без огней ночного города, без пропавших куда-то туч, его хорошо было видно, и на какие-то доли секунды мне представилось вдруг, что я лежу в августовской траве под высоким ночным небом из черного хрусталя и вижу, как сверкает серебряный бисер.
Отчего-то было грустно и едва заметно давило в груди. Мне подумалось вдруг, что звездам тоскливо в своих системах. Пишут ли они письма друг другу?..
Что же со мной такое? Я тряхнула головой, прогоняя странную тоску.
– Мы ведь обменяемся обратно? – спросила я Ярослава, заставляя поднять голову от телефона.
– Я надеюсь, – сказал он. – Мы должны найти способ вернуться, – теперь его голос звучал тверже.
– Должны, – подтвердила я эхом и вдруг спросила, теребя кольцо: – Ты ничего не чувствуешь?
– Что я должен чувствовать? – удивленно спросил он. А потом вдруг улыбнулся: – Ты боишься темноты? Да ладно тебе, я же с тобой.
Нужно было пошутить, что от этого мало толку, или придумать еще какой-то более остроумный ответ, однако я промолчала.
Я редко полагалась на интуицию, стараясь опираться во всем на логику, но сейчас со мной что-то однозначно было не так. К тоске примешалось чувство отдаленной опасности. Неужели тело Ярослава так боится темноты?
– Давай вместо чая пить воду? – предложил Ярослав и добавил: – С пирогом, разумеется.
– Я не хочу, спасибо, – мне было не до еды, но я не могла понять, что со мной не так.
