Господи, неужели Зарецкий со всеми постоянно в контрах, или это только мне так везет?
– Уверен? – вырвалось у меня, хоть я и велела сама себе молчать.
– Уверен.
– Тогда иди дальше.
– Давай-ка выйдем да поговорим, – поиграл мышцами парень. – Тогда и узнаешь, уверен или нет.
Еще чего не хватало. Я не переживу драку.
Однако тело Зарецкого считало иначе. Оно подобралось. Мышцы на руках и плечах напряглись. Кажется, даже выражение лица поменялось.
– Ну что, идем? – осведомился поборник справедливости. Девчонки тотчас его поддержали.
Видимо, очень хотели, чтобы плохого Ярослава наказал хороший парень.
Ответить я не успела.
– Вы с ума сошли?! – влетел на кухню светловолосый парень. А следом за ним – Шейк. – Обоих урою, если в квартире драку устроите!
Видимо, он был хозяином. И я его понимала. Однажды Женька и Темные Силы едва не подрались в моей квартире, я была так зла, что даже не могла орать на них – почти час читала им лекцию о поведении.
– Так мы на улице, – не растерялся мой несостоявшийся пока еще противник в гипотетической потасовке.
– Через пятнадцать минут выходи, буду ждать, Гоша, – объявила я, залпом допив кофе – хорошо, что у Зарец– кого рот большой, и глотки он, соответственно, делает немаленькие.
– Какой я тебе Гоша? – нахмурился парень. Шейк покрутил у виска за его спиной, явно говоря: «Что ты делаешь?!»
– Никакой. Просто выходи через пятнадцать минут. Буду ждать у подъезда. Там и поговорим по-мужски. Усвоил?
– Усвоил, – процедил сквозь зубы «Гоша».
– Может, мирно разойдемся, парни? – предложил Шейк.
– Вы оба выпили лишнего. Обоих занесло.
– Я ему морду сначала начищу, а потом разойдемся, – пообещал «Гоша».
Я лишь хмыкнула и покинула кухню, направившись в прихожую. И в нерешительности остановилась перед огромным количеством разномастной обуви. Гостей в квартире было много. И в чем пришел Ярослав, я понятия не имела.
– Зарецкий, ты серьезно? – появился следом за мной Шейк. – Ты вообще понимаешь, с кем связался?! У него черный пояс по карате!
– Слушай, чувак, – старательно пытаясь быть максимально похожей на енота и используя словечки из его лексикона, сказала я, – где моя обувь?
– Я одного понять не могу: ты спятил или перепил? – прямо спросил Шейк.
– Какого черта ты творишь? Второй день сам не свой. Это все из-за нее, да? Отвечай.
– Да, – легкомысленно отвечала я. – Так где моя обувь?
– Белые кеды, придурок. Да не эти! Те, в углу!
Я схватила кеды Ярослава, нагло стоящие прямо на чьих-то кроссовках, и сунула в них ноги.
