Да, она была симпатичной, по своему даже красивой, умной, начитанной, но стоило Мельниковой открыть рот, как они начинали спорить или ругаться. Да и чувство юмора у нее было своеобразное.
Неужели то, что произошло, – это навсегда? Или надежда на спасение все-таки есть? Иначе ему придется всю свою жизнь провести рядом с мисс Я-все-на-свете-знаю-и-лучше-всех?
Он вдруг вспомнил, как она улыбается, и как поправляет волосы, и как блестят в ее глазах фонари…
Ярослав спешно сделал несколько больших глотков остывающего эспрессо.
Не нужно об этом думать. И вдруг поймал на себе взгляд парня за соседним столиком. Ухоженный брюнет в стильной рубашке и подвернутых джинсах с интересом смотрел на него, а заметив, что Яр поймал его взгляд, улыбнулся.
Зарецкий едва не подавился кофе. Его передернуло. И, видимо, на лице отразилось такое отвращение, что брюнет непонимающе изогнул бровь.
Яр скривился, отвернулся и залпом допил горький кофе.
Да где эта дура ходит?! Почему он должен страдать?!
– Простите, – раздался рядом с ним мужской голос, – что-то не так?
Ярослав поднял недовольный взгляд и во второй раз чуть не подавился – улыбчивый брюнет подошел к нему и положил руку на столик.
Несколько вальяжный, с прищуренными карими глазами, он производил впечатление человека самоуверенного. И взгляд его был холоден и достаточно жесток, однако Яр знал, что именно на обладателей таких взглядов часто ведутся девчонки. И страдают потом.
– Честно говоря, вы мне симпатичны, и я хотел с вами познакомиться, – продолжал молодой человек.
– Но вы состроили такую рожицу, что…
Яр мрачно взирал на него, сложив руки на коленях.
Таких слащавых придурков он терпеть не мог.
– …я подумал, будто чем-то обидел вас, – продолжал брюнет бархатным голосом. – Вы очаровательны. И я…
– Отвали от меня, – перебил его Зарецкий. Внутри у него все полыхало от возмущения.
– Что, простите? – не поняли его.
– Что-что… Отвяжись, чувак, – отозвался Ярослав и засунул в рот лимонную жевательную резинку. Как же его все это раздражало!
– Чувак? – поднял бровь брюнет.
Зарецкий глянул на него, как на омерзительного таракана с парой лишних усов.
– Будь добр, от-ва-ли. Окей?
– Ну и манеры, – ухмыльнулся молодой человек, кладя руку на спинку стула, на котором сидел Ярослав. – Такая привлекательная внешность, а вот вести себя ты явно не умеешь… Хочешь, я научу тебя хорошему поведению? – вдруг наклонившись к самому уху, спросил он насмешливо.
У Зарецкого напрягся каждый мускул.
