"
"– Это тайна, но я буду откровенна до конца, раз уж решила рассказать ее тебе, – улыбнулась я. – Олег хочет, чтобы у тебя было все самое лучшее, а для того ему нужны деньги. Видимо, он хочет накопить определенную сумму и купить тебе дорогое кольцо. И чтобы на свадьбу была отложена достаточная сумма. Для него это важно.
– Спасибо, что сказала, – слабо улыбнулась Алсу, которую, кажется, мои слова успокоили. – Для меня это важно. Правда.
– Если ты кому-то скажешь – тебе не жить, – тотчас пригрозила я ей.
– Не скажу, обещаю, – отозвалась она.
Мы еще немного поговорили, постояли на улице, допивая остатки вина, болтая и глядя на звезды, и разошлись по своим спальням. Алсу – успокоенной, а я – задумчивой и все еще вспоминающей Зарецкого.
О Карле я вспомнила только тогда, когда с удобством устроилась в кровати напротив окна, рядом с мирно сопящей Ранджи. Несколько минут я лежала, укрывшись теплым одеялом – замерзла на улице, а потом незаметно для самой себя уснула, обняв подушку.
Когда в спальне появилась Джульетта, я не поняла – она просто вдруг вошла, легко, почти невесомо ступая, и встала у окна, за которым все так же сияла темной синевой ночь.
Длинные медовые волосы водопадом струились за ее спиной. Вокруг тонких босых ног, виднеющихся из-под простого белого платья, вился туман.
Я привстала, удивленная ее появлением.
– Как вы тут оказались? – сердито спросила я. Невежливо вламываться в комнаты своих клиентов!
– Через дверь. Хотела поговорить с тобой, – улыбнулась Джульетта. – Ты не против?
– Против, – нахмурилась я.
– Сейчас глубокая ночь.
Я попыталась посмотреть время в телефоне, лежащем рядом на тумбочке, однако цифры на экране расплывались. А тумана в комнате становилось все больше и больше.
– Извини, что помешала, но это важно, – сказала Джульетта. – И у нас мало времени.
Ранджи, будто не слыша наших голосов, не просыпалась.
– В смысле? – не поняла я. – Что происходит?
– Вставай, Настя. Я должна показать тебе кое-что, – сказала Джульетта. – Ну же, идем!
– Это что, сон? – вдруг спросила я, начиная что-то понимать.
– Сон, – кивнула обрадованно Джульетта. – Пошли же, пошли, пока его нет!
– Кого – его? – встала я с кровати, и туман тотчас обвил и мои ноги – по коже пробежался мятный приятный холодок. Браслет на мгновение предостерегающе сжал запястье, и я вдруг почувствовала нетерпение – странное, дрожащее, как колосья пшеницы на ветру, чувство.
«Иди, хозяйка, – услышала я. – Можно, можно, можно… Они там, мы чувствуем».
