И названо было в честь него же.
– Наш дачный поселок в тридцати километрах оттуда, – пожала плечами женщина. – И там можно было бы отмечать день рождения. Бесплатно.
– Ты ничего не понимаешь, мама, – улыбнулся Егор, который, не спрашивая, принялся чистить картофельные клубни. – Эй, Яр, платочек дать?
– В глаз себе дай, – посоветовал младший брат, шмыгая носом. Ему побыстрее хотелось расправиться с луком, чтобы внимательно изучить телефон Днища, которая так и не спохватилась, что забыла его.
Семейный обед вышел шумным, сытным и теплым.
Кроме родителей Яра и Егора на нем присутствовал их старший брат Влас вместе со своей супругой Леной и двумя детьми – пятилетними близнецами. А еще приехали несколько близких родственников, и количество детей в доме возросло до трех. Все вместе они постоянно лезли к Сэту, и Яру пришлось закрыть пса в своей комнате – не потому что боялся, что тот что-нибудь сделает, а потому что боялся, что что-нибудь сделают Сэту. Псу это, естественно, не понравилось, и он скребся и скулил с одной стороны, а дети выли с другой, желая пообщаться с собачкой.
Мамы постоянно оттаскивали их и уводили в гостиную, в которой и был накрыт общий стол, однако дети все равно находили способ улизнуть от заговорившихся родителей."
"За столом было весело, но Ярослав почти не принимал участия в разговорах – внимательно изучал телефон Насти, ожидая, когда наконец она соизволит вспомнить, что забыла его.
Первым делом он залез в фотографии и едва не подавился вишневым компотом, который собственноручно делала мама.
В галерее изображений было интересное селфи – Насти явно снимала сама себя и, кажется, в ванной комнате, потому как плечи ее были обнажены, а сама она обернулась хлопковым белоснежным полотенцем. Девушка была без косметики, с забранными в узел волосами и капельками воды на лице, шее и плечах – видимо, только вышла из душа. От нее веяло свежестью и естественностью. И Яр почти почувствовал аромат лаймового геля для душа.
Яр почти воочию увидел, как полотенце падает с Насти вниз, обнажая светлую, почти не тронутую загаром чистую, еще чуть влажную кожу.
И сглотнул. Эта мысль-фантазия заставляла его сердце биться сильнее.
– Чего в телефон уставился? – не вовремя спросил сидящий рядом Влас и глянул в экран. Увидев, что младший брат залипает на какую-то девицу, лишь пожал плечами, но лезть перестал.
Яр залпом осушил стакан. Он, как вживую, почувствовал ее губы на своих.
