Тысяча вопросов крутилась в голове. Тысячи криков застряли в горле.
Я никогда и подумать не могла, что наше общение с той, кто был для меня идеалом, сведется к банальным угрозам и оскорблениям. А ведь я не была виновата! Ни в чем не была виновата! Не сделала ничего предосудительного!
Я лишь выслушала нелестные слова о собственной матери от той, которая по документам значилась – вот это ирония! – моей сестрой-близнецом!
Вспомнив Олесю, я крепче стиснула зубы.
Что происходит?"
"Что связывает Инессу с моей сестренкой? Кто они друг другу?
Что, черт подери, имела в виду Олеся, когда говорила мне, что я ничего не понимаю?!
От этой мысли стало еще гаже.
Быть в неведении, быть глупой дурой, не понимать, что происходит – это злило меня больше всего. Это заставляло меня ненавидеть все вокруг. Это терзало.
Они считают меня идиоткой?
Разыгрывают?
Что происходит?!
Ветер швырнул мне под ноги пакет, я едва не запнулась и тихо выругалась.
Домой я пришла в ужасном настроении, ненавидя весь мир и едва сдерживая накопившуюся ярость.
– Ты чего, Насть? – спросил Дан, удивленно глядя на меня.
Я молча прошла мимо него в свою комнату и закрыла дверь.
Ярость наконец достигла своего апогея, и я с тихим криком смахнула все, что было на столе. Аккуратно сложенные книги, конспекты, канцелярия, горшок с единственным на весь дом цветком – все полетело на пол.
Реальность стерлась.
– Насть, – постучался в дверь Дан. – Ты в порядке?
У меня не было сил сказать ему «да» – я знала, что могу просто сорваться и кричать, кричать, кричать.
Я лишь в бессильной злости ударила обеими руками о стену – боль помогала прийти в себя. А потом еще раз, и еще, и…
Даниил ворвался в комнату и схватил меня за оба запястья. Его руки были на удивление сильными, хватка – почти железной. А глаза – обеспокоенными.
Вырваться я не смогла, да и не особо пыталась.
– Хватит, – сказал Даниил тихо. – Хватит, Настя. Ты с ума сошла?
Я помотала головой. Его голос приводил меня в себя.
– Пойдем, – потянул он меня на кухню. Там, как маленькую, усадил за стол и сделал травяной успокаивающий чай с медом и имбирем.
И внимательно следил, чтобы я его выпила – весь, до капли.
Стало легче. Ярость отпустила, взмыла в небо, злорадно хохоча и обещая вернуться.
Таких приступов гнева у меня не было давно – с того счастливого времени, когда я сбежала из родного дома.
– Спасибо, – хрипло сказала я. – Не понимаю, что со мной.
– Глупо, Настя, – произнес Дан. – Очень глупо.
– В смысле? – не поняла я.
