Когда мы вернулись из Америки, этот титул перешел к вашему брату. С тех пор он и стал нашим опекуном.
Объяснение вышло на редкость сбивчивым, но Мартин все же понял, в чем дело.
— Вам понравилось в Америке? Сколько времени вы там провели?
Он задавал все новые вопросы, и Лиззи постепенно расслабилась и стала отвечать гораздо более уверенно.
Слушая, как Лиззи описывает их с сестрами дом, Мартин заерзал на месте, пытаясь поудобнее устроит плечо. Острый взгляд Лиззи тут же заметил и это неловкое движение, и скрывающуюся под одеждой повязку.
— У вас ранение! — Она в тревоге подалась вперед. — Вам очень больно?
— Нет-нет. Скоро все заживет, даю слово."
"— Вы служили в армии? — уточнила Лиззи, округляя глаза. — Прошу, расскажите мне об этом. Должно быть, это было так увлекательно!
Удивляясь самому себе, Мартин поведал девушке об ужасах военных кампаний и забавных происшествиях, которые делали жизнь интереснее. Не выказывая признаков отвращения, она слушала с живейшим интересом. Мартин всегда полагал себя большим мастером допросов, но сейчас в этой роли выступала Лиззи.
Ей даже удалось вызнать у него причину, по которой ему пришлось покинуть отчий дом. Выказываемое ею искреннее сочувствие не обратило Мартина в бегство, но окутало теплым сиянием и гордостью, от которых кружилась голова.
Затем мистер Каммингз принес книги, но Лиззи просто положила их на боковой столик, игнорируя попытки секретаря проводить ее до двери.
— Можете идти, Каммингз, — не скрывая улыбки, произнес Мартин. — Мисс Твиннинг сжалилась надо мной и решила составить мне компанию, пока мой брат не вернется.
Лиззи непринужденно улыбнулась мистеру Каммингзу, и ему не оставалось ничего иного, кроме как удалиться.
* * *Переступив порог своего дома час спустя, Макс был встречен Хиллшоу. Вопреки обыкновению, дворецкий был чем-то весьма встревожен.
— Здесь мисс Лиззи, — поспешил объяснить он. — Она в гостиной с мистером Мартином.
Макс опешил, но тут же взял себя в руки и кивнул дворецкому:
— Благодарю вас, Хиллшоу.
Его острый взгляд уже отметил скучающее выражение лица сидящей у стены служанки. Похоже, Лиззи провела в его доме продолжительное время. Открывая дверь гостиной, Макс хмурился.
Представшее его глазам зрелище оказалось иным, чем он опасался увидеть. Когда он со стуком захлопнул за собой дверь, Мартин вскинул голову. В глубине его веселых синих глаз светилось понимание. Он сидел в кресле, а девушка — на диване. Она склонялась над маленьким столиком, стоящим между ними.
