Остался только он – любимый и единственный мужчина, только его губы, опаляющие кожу яростным огнем, только его руки, требовательно блуждающие по телу, и только одно желание, сжигающее изнутри – стать единым целым.
Выдержка Алекса таяла с каждой секундой, все сложнее получалось контролировать себя. Он хотел Лизу до одури, до зубного скрежета, никогда и никого не хотел так сильно, как ее. За столько лет ни одна женщина в его постели не удостоилась и толики того желания, что сейчас сжигало его изнутри. Никто не мог сравниться с его Лизой, а он и не пытался заменить ее, знал, что это невозможно, и просто справлял плотские потребности, не испытывая абсолютно никаких эмоций.
Все это время он отчаянно скучал, тосковал по ней, хоть и не признавался себе в этом, а сейчас едва сдерживался, чтобы не накинуться на нее, как изголодавшееся животное."
"Алекс слишком поспешно скользил по нежной коже ладонями, воскрешая в памяти тактильные ощущения, отчаянно ласкал шею и плечи губами, торопливо спускаясь к груди, затем возвращаясь обратно, и снова терзал ее губы долгими поцелуями.
Он помнил ее тело до мельчайших деталей, каждую впадинку, каждую родинку. Лиза совершенно не изменилась, как и раньше, трепетно отзывалась на любое его прикосновение и по-прежнему принадлежала лишь ему. Жажда обладания сводила с ума, отключала мозг, оставляя только примитивные инстинкты. Добравшись до вожделенной груди, Алекс втянул в рот затвердевший сосок и, услышав сдавленный стон, понял, что на грани не только он.
Лиза судорожно гладила по плечам и спине Алекса, зарывалась в его волосы пальцами, но не могла до конца поверить своему счастью. Столько лет мечтала об этом, бережно храня в душе то немногое, что у нее осталось, а сейчас новые, яркие эмоции стирали прошлое и настойчиво толкали в омут страсти. Она ощущала силу желания Алекса и дрожала от нетерпения. Сердце бешено стучало в груди, а каждый сантиметр тела пытал от острого возбуждения и требовал большего. Лиза так давно не испытывала ничего подобного, голова предательски кружилась, а перед глазами все расплывалось, только надежные руки Алекса помогали сохранять равновесие.
Внутреннее напряжение достигло своего апогея, но существовал лишь один способ избавиться от него. Словно услышав невысказанную просьбу, Алекс прижал ее спиной к стене и закинул ногу себе на бедро. Поддавшись порыву, Лиза принялась расстегивать его рубашку, чтобы прикоснуться к коже, почувствовать ее жар, но он не позволил.
