– Он обращался к обоим, но смотрел на Лизу так, словно они были наедине.
Под его колючим взглядом кожа покрылась мелкими мурашками, а сердце застучало где-то в горле.
– Я не брала с собой одежду для ресторана… – Она растерялась, увеселительные прогулки не входили в ее планы.
– Я приглашаю вас не на свидание. – Его губы изогнулись в язвительной усмешке, а в глазах заискрились кристаллики льда. – А всего лишь пообедать перед хоккейным матчем.
Лиза не нашлась с ответом. Почувствовав, как щеки запылали от смущения, отвернулась к окну.
– Пойдемте уже, – заторопился Женя, ловко спрыгнув с кровати, выбежал в коридор.
– Ждем вас в гостиной, – напомнил Алекс и вышел вслед за мальчиком.
Лиза глубоко дышала, стараясь унять вихрь раздражения, разгулявшийся внутри. Его слова неприятно зацепили ее. Если бы не находившийся неподалеку сын, она непременно ответила бы что-то колкое. Но теперь поздно посыпать голову пеплом. Этот раунд уже проигран. Их негласное противостояние приобретало масштабы бедствия, но Лиза не желала замечать этого.
Не признавалась даже себе самой в том, что ей нравится эта игра.
Взяв косметичку, она отправилась в ванную, решив накраситься и все же переодеться во что-то более соответствующее его наряду. Пусть Алекс посмеется над ней, но так она хотя бы будет чувствовать себя уверенно.
***
Алекс никак не прокомментировал преображение Лизы. Просто сделал вид, что ничего не заметил, но на самом деле ни одна деталь не ускользнула от его глаз.
Джинсы и мешковатая кофта сменились простеньким светло-серым платьем с высоким горлом и более чем демократичной длиной чуть ниже колен. В ее образе не было и грамма пошлости, но его воображение будто взбесилось, уверенно дорисовывая увиденную картинку. Он живо представил, как она поднимает руки, и платье натягивается, облегая и подчеркивая женственные изгибы. Дотрагивается до воротника, слегка касаясь кожи, и он жаждет коснуться губами в том же месте. Поправляет распущенные волосы – и хочется зарыться в них всей пятерней, слегка оттягивая голову назад и открывая взору изящную шею, и затем самозабвенно целовать каждый сантиметр ее совершенного тела…
– Что-то не так?
Взволнованный голос Лизы бесцеремонно вторгся в его фантазию.
Алекс очнулся от наваждения и посмотрел ей в глаза. Умело нанесенный макияж сделал их более яркими и выразительными и добавил какого-то загадочного блеска. А румянец на щеках придал свежести всему образу.
