– Сумасшедшая, – бросил он и поспешил ретироваться.
Краснова бросила нож на столешницу и принялась успокаивать сына. Ее саму колотило от пережитого стресса, но ребенку было хуже во сто крат: он никак не мог перестать плакать, пытался что-то сказать, но вздрагивал при каждом слове.
Она сильно встревожилась за него, накапала успокоительное и заставила его выпить до дна, затем проводила в комнату и уложила в кровать. Закрыв замок изнутри, легла рядом и долго гладила Женю по голове, пока он наконец не уснул.
Сама же Лиза еще долго не смыкала веки, со страхом прислушивалась к шагам Макса в коридоре.
Хлипкая щеколда вряд ли способна была его остановить. Обычно он, не задумываясь, мог ударить ее по-пьяни, но сегодня был трезв и жесток как никогда, и это определенно пугало.
Его агрессия росла со страшной скоростью – Максим переставал контролировать себя не только под воздействием алкоголя, но и в нормальном состоянии. Лиза была уверена, что дальше будет только хуже, но, как остановить этот порочный круг и вразумить Краснова, она не знала.
Глава 12
Негромкий стук развеял сонную дымку, Краснова распахнула глаза и села на постели. Сын мирно спал рядом, не слыша ничего вокруг, – недавняя бессонная ночь все же дала о себе знать.
– Лиз, открой, – голос Максима нарушил тишину комнаты.
От резкого выброса адреналина в кровь сердце забилось чаще. Страх с новой силой сковал тело, Лиза просто смотрела на дверь и не могла пошевелиться. Не знала, чего ждать от мужа и как справиться с его агрессией.
– Лиз, ну я с миром пришел.
Честно.
Она не хотела ни видеть, ни слышать его, но понимала бесперспективность своего упрямства – рано или поздно выйти из комнаты все равно придется, и настроение его может быть уже не таким благостным.
Собравшись с мыслями, Краснова встала и открыла щеколду. Дверь тут же распахнулась, на пороге стоял Максим и улыбался.
– Не злись, – он осторожно притянул ее к себе и уткнулся носом в шею.
В его порыве не было ни капли искренности и раскаяния, лишь холодная расчетливость. Максим просто-напросто испугался, что может потерять свой авторитет.
Вчера его непоколебимое влияние ослабло – Лиза дала достойный отпор. И, чтобы сохранить главенство в семье, ему пришлось пойти на хитрость.
– Не надо было при ребенке…
– Прости, я сорвался, – не дожидаясь ответа, он скользнул ладонью к затылку и, надежно зафиксировав голову, впился губами в приоткрытый рот.
Лиза содрогнулась от мерзости, с силой сжала кулаки и едва сдержалась, чтобы не оттолкнуть его.
